Скачать .docx Скачать .pdf

Реферат: Экономические санкции Совета Безопасности ООН против Ливии и их результаты

Реферат: Экономические санкции Совета Безопасности ООН против Ливии и их результаты


5 апреля 1999 г. Совет Безопасности ООН принял решение о приостановлении режима санкций против Ливии в связи с выдачей международному трибуналу двух ливийских граждан, подозреваемых в организации террористической акции, повлекшей многочисленные человеческие жертвы.

Краткая предыстория введения санкций такова: в ноябре 1991 г. США, Великобритания и Франция предъявили Ливии обвинение в причастности ее граждан к взрывам американского самолета над шотландским местечком Локкерби в 1988 г. и авиалайнера французской авиакомпании UTA в 1989 г. 21 января 1992 г. Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию № 731, призывающую Ливию к сотрудничеству в расследовании указанных событий. В связи с отказом Ливии выполнять требования этой резолюции 31 февраля 1992 г. СБ ООН десятью голосами «за» при пяти воздержавшихся (Китай, Индия, Марокко, Зимбабве, Кабо-Верде) принял резолюцию № 748 о введении санкций в отношении Ливии (запрет на авиасообщение, военно-техническое сотрудничество, сокращение дипломатических представительств и пр.). А 11 ноября 1993 г. СБ ООН принял резолюцию № 843 о введении дополнительных санкций в отношении Ливии, которые в целом сводились к следующему.

1. Запрет на воздушные полеты (за исключением случаев, санкционированных Советом Безопасности) из Ливии и соответственно в Ливию гражданских и военных самолетов, а также на поставку запасных частей к самолетам всех типов и наземному навигационному и вспомогательному оборудованию. Предписывалось закрыть все зарубежные представительства Ливийской компании по воздушным перевозкам.

2. Запрет на поставку в Ливию всех видов вооружений и военной техники, включая запасные части к уже поставленной технике, а также командированию в Ливию военных и технических специалистов.

3. Замораживание всех финансовых активов Ливии за рубежом, включая инвестиции, акции, дивиденды, исключая поступления от операций с нефтью, газом и экспорта сельскохозяйственной продукции из Ливии после 3 декабря 1993 г.

4. Запрет на импорт технологического оборудования и запасных частей для нефтеперерабатывающих заводов и нефте- и газотранспортных систем в соответствии с утвержденным перечнем. Запрет не касался поставок бурового оборудования.

5. Требование сократить персонал ливийских дипломатических и торговых представительств за рубежом.

6. Введение регламента на процедуру снятия санкций, в соответствии с которой санкции могут быть сняты полностью в течение 90 дней после единогласного решения СБ, повторно санкции могут быть введены только по соответствующему решению СБ.

Введение экономических санкций против Ливии существенно повлияло на политическую ситуацию в Арабском мире, способствовало усилению позиции США и резкому ослаблению политических и торгово-экономических позиций России. Было фактически ликвидировано создававшееся десятилетиями военно-техническое сотрудничество между Ливией и Россией (как правопреемницей СССР). Под запрет попали такие важнейшие статьи российского экспорта в Ливию, как авиационная техника (военная и гражданская), запасные части к поставленной ранее военной технике, проведение на российских авиаремонтных предприятиях восстановления ресурса закупленных ранее самолетов российского производства; поставки оборудования и запасных частей на ремонтные заводы в Ливии; подготовка ливийских военных и гражданских специалистов, а также командирование в Ливию военно-технических специалистов, численность которых в 1992 г. составляла около 2,8 тыс. человек. Таким образом, вся военная техника, поставленная в 1970–1992 гг., осталась практически без запасных частей и надлежащего технического обслуживания.

Кроме указанных позиций, в Ливию в разные годы поставлялись также машины и оборудование, транспортные средства, энергетическое оборудование, цемент, пиломатериалы, прокат и пр. Из Ливии импортировалось значительное количество нефти в счет оплаты за поставленное оружие и военную технику, небольшая часть которой поступала на НПЗ в Туапсе, а остальное реализовывалось на рынке нефти. С введением в 1992 г. санкций Ливия окончательно переориентировала свою внешнюю торговлю на западные страны и объем российско-ливийского торгово-экономического и научно-технического сотрудничества сократился практически до нуля (см. табл. 1).

Пик экономического и научно-технического сотрудничества между СССР и Ливией пришелся на середину 80-х годов, когда в Ливии при участии советских внешнеторговых организаций был сооружен ряд крупных объектов, в том числе Центр ядерных исследований «Таджура» (ЦЯИ), построенный в пригороде Триполи ВО «Атомэнергоэкспорт», линии высоковольтных электропередач общей протяженностью более 600 км, газопровод Марса-эль-Брега – Мисурата, выполнены буровые работы на нефтяных месторождениях (более 130 скважин), осуществлены научно-исследовательские и проектно-изыскательские работы в области энергетики и сельского хозяйства, построено несколько оборонных предприятий. В конце 80-х годов акцент в торгово-экономических связях стал смещаться в сторону военно-технического сотрудничества, и Ливия стала одним из крупнейших партнеров России в этой области.

В 1990 г. между СССР и Ливией были подписаны межправительственные документы, которые позволили на взаимоприемлемых условиях урегулировать вопросы ливийского долга по советско-ливийскому военно-техническому сотрудничеству. Однако присоединение России к санкциям приостановило выполнение уже достигнутых договоренностей и повлекло за собой вывод российских военных и технических специалистов. В Ливии осталась небольшая группа специалистов, работающих по индивидуальным контрактам в ЦЯИ «Таджура». Вопрос же ливийского долга остается неурегулированным до настоящего времени.

Для оценки перспектив восстановления утраченных в Ливии торгово-экономических позиций России необходимо проанализировать политические и экономические последствия санкций для самой Ливии, а также положение, сложившееся после их снятия.

Снятие санкций позволило Ливии выйти из изоляции и создало базу для дальнейшего восстановления ее позиций на международной арене. Серьезное препятствие этому – сохранение США режима односторонних санкций против Ливии, которые впервые были введены в 1978 г., а затем ужесточены в 1986 г. установлением полного торгового эмбарго и конфискацией всех активов Ливии в США. Осознавая необходимость разрешения сложившейся ситуации, в Триполи предприняли ряд шагов, направленных на нормализацию отношений с США и Великобританией. Так, ливийское правительство согласилось выплатить компенсацию семье британского полицейского, убитого в Лондоне сотрудником ливийского дипломатического представительства в 1984 г., ранее уже переданного британским властям. Хотя в Лондоне по прежнему ожидают дальнейших, подкрепляющих доверие шагов Триполи, прежде чем дипломатические отношения будут восстановлены в полном объеме, можно констатировать значительное потепление британо-ливийских взаимоотношений.

Урегулирование же отношений с США представляется более затруднительным. Проведя ряд неофициальных консультаций с представителями Эксон Мобил, БП Амоко и Коноко, ливийское руководство предложило американским нефтяным компаниям возобновить деятельность в Ливии, обещав возвратить им имущество, конфискованное в 1986 г. Так, по словам президента Коноко Дж. Брукса Бакстона, «Ливия возвращается в содружество, частью которого станут американские нефтяные компании»1 . Однако Госдепартамент США сохраняет жесткую позицию в отношении Ливии, и, несмотря на активное лоббирование, нефтяным компаниям удалось добиться лишь разрешения на один визит в Ливию своего представителя с ограниченным штатом технических специалистов для сбора информации. В свете предстоящих в 2000 г. президентских выборов политика США в отношении Ливии, по всей вероятности, не претерпит значительных изменений.

Сотрудничество ливийских властей в судебном процессе над подозреваемыми в организации взрыва авиалайнера французской авиакомпании UTA в 1989 г., завершившемся заочным осуждением шестерых ливийских граждан, позволило улучшить взаимоотношения Ливии с одним из крупнейших торговых партнеров. Уже 6 апреля (в день принятия решения о приостановлении действия санкций) Ливию посетил с официальным визитом министр иностранных дел Италии Ламберто Дини, обсудивший с ливийским руководством вопросы ре-интеграции Ливии в мировое сообщество. В 1998 г. была подписана совместная итальяно-ливийская декларация, в которой Италия взяла на себя обязательства по компенсации ущерба, нанесенного Ливии за время итальянской оккупации.

Что касается позиций Ливии в регионе, то они также неоднозначны. С одной стороны, дружественная позиция стран-соседей (в особенности Туниса и Мальты) позволила Ливии с меньшим ущербом перенести санкции, но ограниченная дипломатическая поддержка со стороны богатых арабских стран значительно усилила степень политической изоляции Ливии. Ливийский лидер Муамар Каддафи декларировал частичную переориентацию внешнеполитического курса страны в сторону повышения ее роли на Африканском континенте, предложив посреднические услуги в разрешении конфликтов в Конго, Сьерра-Леоне и Судане. Разрешение «локкербийского тупика» стало возможным во многом благодаря посреднической инициативе президента ЮАР Нельсона Манделлы при незначительном содействии саудовской дипломатии. Последние акции ливийского правительства, в том числе выдворение 30 тыс. суданских и палестинских рабочих, а также охлаждение отношений Триполи с радикальными исламистскими группировками были восприняты скорее не как попытка восстановления доверия Запада, а как признаки постепенного отхода М. Каддафи от идей панарабизма. Однако сохранение твердой приверженности Триполи политике ОПЕК и других арабских организаций, а также серия дружественных визитов в Ливию лидеров арабских государств, в том числе президента Египта Х. Мубарака и наследного принца Саудовской Аравии Абдаллы, свидетельствуют о постепенном восстановлении Ливией своей роли в арабском мире.

Экономические санкции нанесли серьезный удар по экономике страны. По данным источника в ООН, их кумулятивный эффект в виде прямого ущерба и недополучения дохода оценивался примерно в 24-26 млрд. долл.2 Хотя эти цифры представляют собой экспертную оценку, основанную главным образом на данных внешних источников, они позволяют наглядно представить масштаб воздействия санкций на ливийскую экономику, последствия которых будут ощущаться еще долгие годы. В результате санкций были существенно ослаблены усилия ливийского правительства по диверсификации национальной экономики с целью окончательного преодоления ее монокультурного, ориентированного преимущественно на нефть характера. Экспорт нефти и нефтепродуктов по прежнему обеспечивает более 90% валютных поступлений страны, а доля нефтяной и газовой промышленности, а также непосредственно связанных с нею отраслей составляет около 40% ВВП, вследствие чего Ливия особенно пострадала от падения мировых цен на нефть в период с осени 1997 г. по весну 1999 г. (до 9 долл. за баррель в декабре 1998 г.).Так, при стабильной добыче на уровне 1,38–1,40 млн. барр. в сутки (69–70 млн. т в год) доходы от экспорта нефти упали с 9 млрд. долл. в 1997 г. до 5,8 млрд. долл. в 1998 г. Прогнозы, составленные в конце 1998 г., предполагали их дальнейшее сокращение до 5250 млн. долл., что впервые за долгие годы не покрывает объема заработной платы государственных служащих (700 тыс. человек).

Резкое сокращение поступлений вынудило правительство объявить о 80-процентном сокращении расходов по инвестиционным проектам, предусмотренным в бюджете на 1999 г. (включая промышленные и энергетические объекты). В целом расходная часть бюджета на 1999 г. была сокращена с 5,31 млрд. до 4,9 млрд. лив. дин. (с 11,8 млрд. до 10,9 млрд. долл.) при дефиците 650 млн. лив. дин. В 1997–1998 гг. уровень инфляции цен на потребительские товары составил 25%, а уровень безработицы достиг рекордных 30%. Ежегодные темпы прироста ВВП в 1996–1998 гг. составляли менее 1%, но достоверность этих цифр вызывают сомнение, учитывая систематическое завышение Ливией объявленных макроэкономических показателей. Так, объявленный объем ВВП Ливии за 1998 г. составил 93 млрд. долл., что на 4 млрд. долл. превышает ВВП соседнего Египта – страны с 62 миллионным населением, более развитой экономикой, с объемом добычи нефти и газа, сравнимым с ливийским. По данным МВФ, ВВП Ливии за 1998 г. составил около 26 млрд. долл. США.

Многолетняя политика, направленная на избежание внешних заимствований, позволила Ливии ограничить объем внешней задолженности, который на конец 1998 г. составил около 3,8 млрд. долл. (без учета долгов по поставкам вооружений), для сравнения внешний долг Саудовской Аравии равняется 22 млрд. долл., а Египта – 28,5 млрд. долл. Однако в сочетании с ограничениями на импорт потребительских товаров и поддержанием правительством завышенного курса ливийского динара это привело к формированию повышенного спроса на наличную валюту внутри страны. Центральный банк Ливии предпринял ряд мер, направленных на ограничение теневого оборота валюты, который, по разным оценкам, составляет 20–25% от общего объема валютных сделок3 . Так, в конце 1998 г. была осуществлена девальвация динара на 14% (текущий официальный курс составляет 0,45 л.д. за 1 долл.), а также проведена серия валютных интервенций, что, по словам председателя Главного комитета по экономике (министра экономики) Абдулхафеза Злейтни, позволило уменьшить параллельный курс с 3,2 до 1,5 динара за доллар. Но таких мер недостаточно для достижения реалистичного курса ливийского динара, отражающего реальную стоимость товаров и услуг. Для решения этой проблемы необходимы коренные преобразования структуры ливийской экономики. По свидетельству некоторых западных дипломатов, «существует ряд признаков, что Каддафи начал проявлять интерес к рыночной экономике»4 , однако реальных подтверждений этому до сих пор не последовало, что не позволяет сделать вывод, является ли это принципиальным изменением экономической политики ливийского руководства или лишь тактическими шагами, направленными на улучшение отношений с Западом и привлечение иностранных инвестиций.

В нефтяной и газовой промышленности характер введенных санкциями ограничений предопределил их различное воздействие в отдельных подотраслях. В нефтедобыче наиболее существенно санкции сказались на состоянии нефтепромыслов, принадлежащих Национальной нефтяной корпорации (ННК) – государственной компании, контролирующей до двух третей добычи нефти на территории страны. В связи с нехваткой необходимых запасных частей и материалов (бóльшая часть полученных в обход санкций была использована для обустройства новых месторождений) и ограничением доступа к современным технологиям себестоимость добычи одного барреля нефти на «старых» крупных месторождениях, эксплуатируемых ННК, возросла до 2,5 долл.5

Необходимо также отметить, что бóльшая часть этих месторождений функционирует в режиме падающей добычи, для ее стабилизации требуется использование «вторичных» методов повышения нефтеотдачи, технологиями которых ННК не располагает. На протяжении последних лет лишь 15% полученных ННК доходов реинвестировалось в энергетический сектор, и для реализации планов правительства по увеличению добывающих мощностей к 2004 г. до 2 млн. барр. в сутки (100 млн. т в год), по словам председателя «Зуэтина Ойл К°» (дочерняя компания ННК), необходимо дополнительно инвестировать в модернизацию оборудования действующих нефтепромыслов и обустройство новых месторождений около 1,5 млрд. долл.

Серьезно отразилось эмбарго и на нефтеперерабатывающем комплексе страны, мощность которого составляет около 21 млн. т в год. Построенные в 70-х годах, за исключением крупнейшего в Северной Африке НПЗ в Рас-Лануре (построен в 1985 г.), ливийские нефтеперерабатывающие заводы устарели и требуют модернизации и замены технологического оборудования. Бóльшая часть номенклатуры необходимых для нефтеперерабатывающей промышленности запасных частей и вспомогательных материалов в Ливии не производится, и вызванная санкциями их нехватка привела к значительному сокращению объемов ремонтных и профилактических работ. Ливийские НПЗ характеризуются низкой глубиной переработки нефти – менее 50%, что объясняется изношенностью оборудования и отсутствием в их схеме установок вторичных (деструктивных) процессов, позволяющих увеличить выход светлых нефтепродуктов и повысить их качество. Структура производства не соответствует потребностям в нефтепродуктах, поэтому Ливия вынуждена импортировать более половины потребляемого бензина и некоторые другие виды нефтепродуктов (масла и пр.). Запрет на поставку технологического оборудования для нефтеперерабатывающей промышленности не позволил осуществить намеченную на вторую половину 90-х годов модернизацию комплекса, и с отменой санкций этот вопрос является одним из наиболее приоритетных.

Положение, сложившееся в области поисково-разведочных работ на нефть и газ, несколько отличается от положения в других подотраслях. Бóльшая часть поисково-разведочных работ на территории Ливии производится иностранными нефтяными компаниями и, поскольку санкции не затрагивали поставок бурового и сопутствующего оборудования, они не отразились на их деятельности. Несмотря на многочисленные сдерживающие факторы, объемы ежегодного прироста балансовых запасов превышают объемы добываемой нефти. Извлекаемые запасы нефти составляют более 3,5 млрд. т, а коэффициент кратности запасов (отношение запасов к ежегодной добыче) – 56,46 .

Наиболее активную деятельность в Ливии ведут британские, канадские и испанские нефтяные корпорации. Так, британская компания «Lasmo» совместно сиспанской «Repsoil» сделали ряд значительных открытий в бассейне Мурзук, в том числе месторождение «Elephant», запасы которого оцениваются в 500 млн. барр. Испанская компания, добывающая также около 140 тыс. барр. в сутки (7 млн. т в год) на месторождении «Аль-Сахара», объявила о дальнейших открытиях, сделанных в процессе доразведкив начале 1999 г., с запасами в 100–200 млн. барр. Канадская компания «RedSeaOil» проводившая поисковое бурение в блоке NC177 бассейна Сирт, получила притоки нефти. Масштабы и промышленное значение открытия в настоящее время уточняются. Французская компания «ElfAquitaine» открыла месторождение нефти на шельфе акватории залива Сирт, предполагаемые запасы которого составляют 100–200 млн. барр.7

Несмотря на успехи, достигнутые в этой области в последние годы, иностранные компании выражают обеспокоенность в связи с некоторыми аспектами действующего нефтяного законодательства, препятствующими расширению их деятельности. Настоящее положение по соглашениям о разделе продукции EPSA III, датированное концом 80-х годов, которое было призвано привлечь иностранные компании, не достигло поставленной цели, и до открытия месторождения «Elephant» ни одного существенного открытия на предоставленных в соответствии с EPSA III территориях сделано не было. По конкурентоспособности предлагаемых условий, по оценке «USBarrows», из 324 проанализированных налоговых систем EPSA III заняла 251 место8 . Кроме того, сильно бюрократизированная процедура подачи заявок приводит к многочисленным проволочкам в оформлении документов, а завышенный курс ливийского динара существенно повышает размеры начальных затрат, так как все платежи государству необходимо осуществлять в местной валюте. В результате, несмотря на низкую себестоимость добычи, высокое качество ливийской нефти и близкое расположение к европейским рынкам, значительная часть территории страны остается неисследованной. В настоящее время лицензии на поиск нефти, выданные различным иностранным компаниям, охватывают лишь четверть перспективных в отношении нефтегазоносности территорий, и даже бассейн Сирта, где поисково-разведочные работы ведутся уже более 30 лет, считается не до конца изученным.

Ливийское правительство осознает необходимость перемен. Еще с конца 1997 г. ведется разработка изменений и дополнений к Закону «О нефти» от 1955 г. Выступая на международной конференции по вопросам нефти и газа (Женева, апрель 1999 г.), секретарь Народного комитета по энергетике Абдулла Салем Аль-Бадри, объявил, что выход новой редакции Закона «О нефти» ожидается в конце 1999 г., и от имени ливийского правительства пригласил иностранных инвесторов (в том числе и американских) принять участие во всех областях ливийского нефтегазового сектора. Новые положения закона будут предусматривать более гибкие условия, а также откроют для доступа иностранного капитала прежде недоступные сферы (нефтехимию, нефтепереработку). Предполагается также введение практики проведения международных конкурсов и обеспечение большей «прозрачности» процедуры предоставления контрактов. Учитывая сложившуюся на международном рынке нефти конъюнктуру, осуществление указанных мер сделает Ливию крайне привлекательной для иностранных инвестиций.

Несомненно, что крупные инвестиции потребуются не только для модернизации всего нефтегазового комплекса Ливии, но и для восстановления воздушных и грузовых перевозок. По сообщению западных источников, для восстановления регулярного воздушного сообщения с зарубежными странами в соответствии с европейскими требованиями безопасности Ливийская национальная компания по воздушным перевозкам нуждается в современных авиалайнерах (10–20 единиц), при этом необходимо провести реконструкцию и модернизацию аэропортов, наземных авиатехнических служб, системы подготовки летного и технического персонала. Представители британских деловых кругов, связанных с авиабизнесом (в частности, «BritishAerospace»), уже провели предварительные переговоры с ливийской стороной о возможном участии английских компаний в модернизации гражданской авиации Ливии, представляющей область повышенного коммерческого интереса для производителей самолетов и авиационного оборудования. Британские авиакомпании впервые за последние 15 лет возобновили полеты в Триполи – три рейса в неделю. В ноябре 1999 г. между ливийской национальной авиакомпанией «Либиен Араб Эйрлайнс» и европейским консорциумом «Эйрбас» было подписано соглашение на поставку 24 аэробусов типа А320, АЗЗ0, А340, а также переобучение летного и подготовку технического персонала.

Окончание экономической изоляции Ливии совпало по времени с ростом цен на нефть, что еще раз напомнило европейским потребителям, сколь важное место занимает Ливия в системе топливно-энергетического снабжения европейских стран. С другой стороны, увеличение доходов Ливии от экспорта углеводородов укрепляет платежеспособность страны и, следовательно, усиливает привлекательность ливийского рынка для европейских поставщиков.

Наибольшую активность в закреплении своего присутствия на ливийском рынке проявила Италия. Еще в феврале 1999 г. до принятия Советом Безопасности ООН решения о приостановлении действия санкций между итальянской энергетической группой ЭНИ и Ливией было достигнуто соглашение о реализации крупного проекта по сооружению подводного газопровода от западных районов Ливии до Сицилии протяженностью более 1 тыс. км с соответствующей инфраструктурой, пропускная способность которого составит 8–10 млрд. куб. м в год. Строительство газопровода предполагается завершить к 2003 г., а общая стоимость проекта оценивается в 4 млрд. долл.

Италия – крупнейший торговый партнер Ливии. За счет экспорта ливийской нефти Италия удовлетворяет до 30% своей потребности в сырой нефти. Ливийским и инвестиционными компаниями «Лафико» и «Ойлинвест» контролируются значительные пакеты акций крупнейших итальянских компаний и банков (ЭНИ, ФИАТ, Банкоди Рома и др.) Крупные торговые партнеры Ливии – также Германия, Франция, Великобритания.

Пятилетним планом социально-экономического развития Ливии (2001-2005 гг.) предусмотрена реализация ряда крупных проектов с суммарными инвестициями в 35 млрд. долл. Помимо завершения проекта по переброске водных ресурсов из подземных резервуаров на юге в северные районы (третий и четвертый этапы проекта ВРР – великой рукотворной реки), намечено строительство железной дороги протяженностью 2178 км с востока на запад до границы с Тунисом, общей стоимостью 4 млрд. долл. по 12 контрактам, которые будут выставлены на торги (тендеры). Среди крупных проектов, которые предлагаются иностранным инвесторам, – модернизация портового хозяйства и строительство новых причалов и волнорезов в ливийских портах (в настоящее время общая мощность ливийских портов по перевалке грузов составляет 15 млн. т в год), расширение нефтеналивного терминала в порту Эз-Завия, создание инфраструктуры сотовой связи через базирующуюся в Абу-Даби компанию «ThurayaSatelliteTelecommunications».Планируется объединение газопроводной сети Ливии с тунисской и египетской, что позволит более рационально использовать ресурсы трех соседних арабских стран и благодаря будущему газопроводу Ливия–Сицилия сделает их серьезными конкурентами на газовом рынке Европы.

В октябре 1999 г. состоялось третье заседание Российско-Ливийской межправительственной комиссии, в ходе которой было рассмотрено современное состояние двустороннего торгово-экономического сотрудничества и намечены перспективы его развития. Между Россией и Ливией до сих пор не подписано соглашения о предоставлении режима наибольшего благоприятствования в торговле и взаимной защите инвестиций, что сдерживает развитие сотрудничества.

Несмотря на это, ожидается, что российские компании подпишут контракт на расширение ТЭС «Западный Триполи», предусматривающий установку двух энергоблоков мощностью 325 МВт каждый, и примут участие в международном конкурсе на строительство ЛЭП напряжением 400 кВ, а также получат контракт на поставку материалов и оборудования для распределительных электросетей, в обсуждении которого еще предстоит согласовать ряд позиций. Ведутся переговоры об участии ОАО «Атомэнергоэкспорт» в подготовке технической документации по строительству АЭС «Султан» в Сирте, а также модернизации центра атомных исследований «Таджура», эксплуатация которого осуществляется при техническом содействии российских специалистов. Подписан контракт между российской компанией ОАО «Зангаз» и ливийской «Сиртойлкомпани» на сооружение газопровода Хомс – Триполи протяженностью 117 км, а также проведение работ по реконструкции двух компрессорных станций; срок строительства 22 месяца. Сумма контракта 170 млн. долл. Реализация проекта позволит полностью решить вопрос о газоснабжении столицы Ливии10 .

Новая политическая и экономическая ситуация, возникшая в Ливии после приостановки санкций, создает благоприятные условия для возвращения российских внешнеторговых объединений и частных компаний на ливийский рынок. Однако этот рынок в условиях, когда политические или идеологические факторы больше не определяют характер внешнеэкономических связей, предъявляет жесткие требования к конкурентоспособности коммерческих предложений. Несмотря на очевидную заинтересованность Ливии в участии российских компаний на ливийском рынке как некоторого балансирующего противовеса Западу, для успешного восстановления утраченных позиций потребуются и время, и значительные усилия.

ливия экономические санкции


Список источников и литературы

1. MiddleEastEconomicDigest. 18.06.1999, с. 29-34 (далее MEED).

2. MEED. 16.04.1999, с. 10.

3. MEED. 23.01.1998.

4. MEED. 16.04.1999, с. 10;

5. MEED. 18.06.1999, с 29-34.

6. MEED. 18.06.1999.

7. БИКИ. 25.11.1999, № 139, с. 1, 4-5.