Скачать .docx  

Реферат: Функционирование серболужицкого языка

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ СЕРБОЛУЖИЦКОГО ЯЗЫКА

Термин "серболужицкий язык" употребляется в данной работе применительно к языку всего серболужицкого населения. Наиболее последовательно этот термин используется теми серболужицкими лингвистами, которые признают существование единого серболужицкого языка и общих тенденций развития, характерных для всей серболужицкой языковой территории [1]. Сложность генетических отношений между серболужицкими диалектами явилась причиной появления другой точки зрения, согласно которой существуют два самостоятельных серболужицких языка - верхне- и нижнелужицкий, носители которых представляют собой этнически различные серболужицкие народности [2]. Окончательное решение вопроса о единстве серболужицкого языка требует анализа целого комплекса экстралингвистических факторов, которые могли бы получить убедительное и однозначное толкование.

В настоящее время серболужицкий язык распространен на сравнительно небольшой территории Германии - в восточной части исторических Верхней и Нижней Лужиц с центрами в Баутцене (Верхняя Лужица) и Котбусе (Нижняя Лужица). После 1945 г. 2/3 северной части серболужицкой территории входили в округ Котбус, южная часть (1/3 общей территории) - в округ Дрезден (окрестности Баутцена).

Своеобразие языковой ситуации на территории распространения серболужицкого языка определялось специфическими историческими условиями развития серболужицкой народности, судьба которой с конца Х в. оказалась тесно связанной с историей Германии. Общей чертой, характеризующей все этапы развития серболужицкого языка, явилась постоянная необходимость борьбы за сохранение родного языка в условиях непрестанных попыток германизации, проявлявшихся в большей или меньшей степени на разных административных территориях в зависимости от конкретной политической и социально-экономической ситуации. Основная тенденция развития языковой ситуации на территории распространения серболужицкого языка определялась расширением и углублением контактов серболужичан с носителями немецкого языка, постепенным усвоением серболужичанами немецкого языка и формирования у них двуязычия. Языковая ситуация, сложившаяся на серболужицкой территории к началу XX в., дает основание говорить о "полном коллективном двуязычии" носителей серболужицкого языка (см. [13]). Дальнейшее ее развитие может привести к новому, теперь уже немецкому, одноязычию. Таким образом, общее развитие языковой ситуации на серболужицкой территории можно представить следующим образом: серболужицкое одноязычие -> серболужицко-немецкое двуязычие -> немецкое одноязычие.

Взаимодействие серболужицкого языка с немецким определяло сложный и противоречивый характер развития языковой ситуации на разных этапах истории серболужичан, так как являлось постоянным условием развития серболужицкого языка. Особенно сильно оно заявило о себе со времени внутренней колонизации (ХIII - XV вв.), которая привела к изменению в этнической структуре населения в городе и деревне в серболужицкой языковой области, а на периферии основной ее части - к германизации славянского населения (западный берег Эльбы, Солавы и к западу от них, некоторые районы Нижней Лужицы). Рост населения и образование новых поселений в результате интенсивного процесса заселения земель в северной части Нижней и Верхней Лужиц, особенно в ХIII в., привели к формированию более или менее компактной языковой области серболужичан к востоку от Эльбы (ХIII - XV вв.). На основ части серболужицкой языковой территории в деревнях преобладали серболужичане; в крупных городах большую часть населения составляли немцы.

Характер и результаты серболужицко-немецких языковых контактов были различными в разных районах серболужицкой языковой территории зависели не только от общей политики германизации серболужичан, но и от политической ситуации в различных областях. Так, еще в XVI в.] сельское население Нижней Лужицы было серболужицким (см. [12]) и несколько уменьшилось только после Реформации. Напротив, ассимиляция серболужицкого населения в округе Згорьельц отмечается уже в предформационный период, а ряд деревень так называемой Жаганьско-Згорьельской голи перешел к одноязычию только во второй половине XIX в. В деревнях со смешанным составом населения степень развития двуязычия и возможности перехода к одноязычию могли быть различными. Переход к двуязычию в отдельных районах серболужицкой языковой территории совершался в разное время в течение длительного периода. Окончание этого процесса относится к первой половине XX в.

Политика германизации и развитие билингвизма у носителей серболужицкого языка составляло фон, на котором шло формирование и функционирование различных форм существования этого языка. Политические и социальные причины привели к тому, что серболужицкий язык на всей территории своего распространения с самого начала был языком крестьянского населения, крепостных. В деревнях, населенных серболужичанами серболужицкий язык до конца ХVIII в. был основным, разговорным языком, а немецкий функционировал как второй язык (см. [5]). В городах, расположенных на серболужицкой языковой территории, при смешанной структуре населения основным языком был немецкий. Серболужицкое городское население окраин быстрее становилось двуязычным. К XVI в., ко времени зарождения серболужицкой письменности, на территории, заселённой серболужичанами, серболужицкий и немецкий соотносились как язык главным образом сельского и городского населения соответственно.

До середины XVI в., в период, предшествующий Реформации, серболужицкий язык функционировал только как устный (так называемый Volkssprache) на всей территории распространения. Сфера его применения была ограничена домашним обиходом, судопроизводством (возможность давать показания на родном языке, однако при этом протокольная запись осуществлялась на немецком), он использовался в церковной практике при устном переводе с немецкого на серболужицкий, при обращении властей к населению, но обращение к властям требовало только немецкого языка и помощи специальных лиц. Серболужицкий язык был представлен рядом диалектов [3],часть которых уже не существует.

Серболужицкий язык начинает функционировать не только в устной, но и в письменной форме в XVI в., в эпоху Реформации, когда на серболужицкой языковой территории латынь в церкви сменилась немецким языком. Метод импровизированного перевода во время церковной службы не отвечал требованию квалифицированного толкования догм новой церкви. Наряду с устными квалифицированными интерпретациями священных текстов появляются первые письменные редакции серболужицких богослужебных книг, которые создавались на основе местного диалекта для нужд местной церкви, прихода и широкого распространения не получили.

Таким образом, начиная с XVI в., в долитературный период развития серболужицкого языка, наряду с устным Volkssprache существуют письменные памятники, отражающие особенности тех или иных серболужицких диалектов (см [14, 3-4; 18, 291-492]). Очень часто письменный источник с чертами определенного диалекта носил единичный характер и оставался изолированной попыткой фиксации диалектных норм. Сами авторы переводов вне своей церковной практики отдавали предпочтение немецкому языку. Письменный язык церковной литературы с явно выраженными местными чертами при ограниченной степени распространения и общей неграмотности сельского населения Лужиц не мог составить конкуренцию немецкому письменному языку. Редкие попытки фиксации серболужицкого языка отдельных областей не стали авторитетными для авторов переводов из других местностей. В связи с памятниками этого времени уже можно говорить о раздельном существовании верхне- и нижнелужицкой письменности, имевшей в своем формировании и развитии ряд особенностей и отличий. Различия между ними во многом определялись специфическими историческими условиями развития серболужицкого языка и отношением к нему властей на разных территориях, экономическим и политическим значением той или иной области, а также политической ситуацией данного момента. Например, в маркграфстве Верхняя Лужица при наличии конфессионального раскола серболужицкого населения политика искоренения серболужицкого языка в XVI-ХVIII вв. не проводилась так последовательно, как в маркграфстве Нижняя Лужица (см. [10, 145]).

Территория с компактным серболужицким населением в период Реформации существовала только в Лужице и особенно в Нижней Лужице, даже окрестности Виттенберга были еще лужицкими (см. [12, 180]). Области Верхней и Нижней Лужиц не представляли собой самостоятельного политико-экономического комплекса, а являлись составной частью немецких феодальных административных единиц на востоке [4].

Серболужицкнй язык XVI - ХVIII вв. был представлен двумя диалектными комплексами - верхне- и нижнелужицким, различающимися между собой на всех уровнях языковой структуры. Носители лужицкого языка, в большинстве своем крепостные крестьяне, в качестве средства общения использовали лужицкий диалект своей местности. В силу политических и экономических условий развития серболужичан в пределах Германии серболужицкая нация не сформировалась. Административная раздробленность серболужицкой языковой территории не способствовала интеграционным процессам, в том числе и в сфере языка. Вплоть до второй половины ХVII в. не могло быть и речи о наддиалектных нормах для верхне- и нижнелужицких письменных церковных языков. Сложность и противоречивость языковой ситуации на серболужицкой территории в период Реформации определялись действием двух тенденций: одна из них проявлялась в развитии у серболужичан письменного церковного языка в условиях германизаторской политики властей, что соответствовало требованиям расширения влияния новой церкви; другая была связана с усилением влияния немецкого языка, с проникновением его серболужицкие деревни, с изменением этнического состава на серболужицкой языковой территории. Важным фактором, влияющим на языковую ситуацию, стало и возникновение в период Реформации конфессиональных различий среди носителей серболужицкого языка. Большая часть серболужичан стала протестантами; католическим оставалось население главным образом в окрестностях Баутцена - центра Верхней Лужицы (вся территория баутценского края до середины ХVII в. принадлежала Чешской короне и находилась под властью габсбургской католической администрации). Католики и протестанты жили в разных частях серболужицкой территории с различными престижными центрами, и явившиеся позднее переводы канонических текстов положили начало различным вариантам верхнелужицкого письменного (литературного) языка протестантского и католического (см. [17; 2, 39-44]).

Языковая ситуация на верхне- и нижнелужицкой территории и суд серболужицкой письменности имели ряд особенностей начиная с первого периода развития серболужицкой церковной письменности. Первые попытки создания серболужицкой письменности были сделаны на нижнелужицкой языковой территории, причем не в центре её, а на окраинах. Прерванные 30-летней войной, они вновь возникают в 50-60-е годы ХVII в. Однако новые переводы церковных текстов были уничтожены по приказу курфюрста [11, 122-126], что явилось одной из мер, направленных против серболужицкого языка в этой части нижнелужицкой территории. Тем самым были ликвидированы предпосылки для создания в север части нижнелужицкой языковой территории нижнелужицкого литературного языка. Между тем источником такого языка могли стать некоторые переводы, созданные рядом авторов из различных диалектных областей на основе отбора языковых данных разных диалектов. Ускорение процесса германизации привело к тому, что культурный центр серболужичан на севере Нижней Лужицы перестает существовать: было ликвидировах богослужение на серболужицком языке, конфискованы и уничтожены все серболужицкие книги и рукописи, принадлежащие церкви и школам. Однако в этнической структуре населения серболужичане составляют здесь значительную часть вплоть до середины ХVIII в.

Новый период в развитии нижнелужицкой письменности и формировании нижнелужицкого литературного языка начинается с последних десятилетий ХVII в. и связан с округом Котбус, где немецкое население составляло 10-15% общей численности населения. Здесь сложились благоприятные внутренние и внешнеполитические условия для формирования культурного центра серболужичан. Вне этого округа на территории маркграфства Нижняя Лужица осуществлялась политика ликвидации серболужицкого языка.

В ХVIII в. в округе Котбус, где обычным было серболужицкое богослужение, в деревнях появляются школы и в процессе преподавания используется серболужицкий язык. Основным носителем серболужицкого языка в этом округе являлось сельское население, этническая плотность которого была очень велика. Серболужицкий язык функционировал в устной форме на всей сельской территории округа. При общей неграмотности крестьянского населения и низком уровне образования школьных учителей участие в создании и развитии нижнелужицкой письменности могли принимать только священники - серболужичане или немцы, деятельность которых проходила в серболужицкой среде. В ХVIII в. здесь появляются переводы нижнелужицких церковных текстов, которые осуществлялись главным образом священниками из окрестностей Котбуса. Котбусский диалект постепенно приобрел статус образца (см. [19, 30- 31]).

В Верхней Лужице, так же как и в округе Котбус, сложились благоприятные условия для развития серболужицкого языка и письменности. Во второй половине ХVII в. здесь вышло много печатных книг, католических и протестантских. Памятники протестантской и католической письменности имели различную диалектную основу и характеризовались определенными, хотя и незначительными, отличиями. Протестанты взяли за основу церковного языка баутценский диалект, католики - западноверхнелужицкий (куловский). В середине ХVIII в. произошел переход от куловского варианта письменного языка к кросчанскому, что впоследствии объективно способствовало объединению двух конфессиональных вариантов верхнелужицкого литературного языка (см. [2,42]).

Таким образом, в XVII - ХVIII вв. формируются два варианта верхнелужицкого письменного языка - протестантский и католический, из которых в дальнейшем развиваются два варианта верхнелужицкого литературного языка.

На появление нескольких литературных языков (нижнелужицкого, верхнелужицких протестантского и католического) оказали влияние и диалектная разобщенность, и административные меры властей, осуществлявших определенную политику, и церковный раскол. Большое значение имела неграмотность, культурная отсталость подавляющей массы крестьянского населения - основного носителя серболужицкого языка, в условиях которой все попытки установления литературных норм, особенно на ранних этапах развития серболужицкой письменности, неизбежно носили изолированный характер. Все эти факторы характеризуют специфику возникновения верхне- и нижнелужицкой письменности, верхне- и нижнелужицкого литературных языков (см. [4, 48-69]).

Нижнелужицкий литературный язык употреблялся серболужичанамз Нижней Лужицы, которая по решению Венского конгресса принадлежала правительственному округу Франкфурт прусской провинции Бранденбург. Верхнелужицкий литературный язык - в саксонской части Верхней Лужицы, возникшей после Венского конгресса 1815 г. (позднее округ Баутцен), а также в районах прусского правительственного округа Лигниц провинции Силезия.

И тот и другой письменные языки имели очень ограниченные сферы применения - главным образом в церковной жизни, в процессе школьного обучения и в домашнем обиходе. Письменные языки серболужичан при отсутствии светской литературы являлись по существу языками церковной литературы. С течением времени они приобрели достаточна консервативный характер и противостояли народному устному языку Этому способствовал и тот факт, что за пределами церковного богослужения и домашнего быта серболужичане пользовались немецким языком, в том числе и письменным.

Различия в функционировании верхне- и нижнелужицкого литературные языков в XIX в., как и в период их формирования, были обусловлены в значительной мере политической ситуацией, складывавшейся на разных территориях распространения серболужицкого языка. Наиболее благоприятной она оказалась в саксонских районах Верхней Лужицы, где политика германизации не проводилась столь последовательно, как в прусской части Лужицы, хотя и здесь как активное коммуникативное средство серболужицкий язык использовался лишь небольшим слоем интеллигенции. Овладеть литературным языком можно было только путем усвоения литературных произведений. Верхнелужицкий литературный язык применялся почти исключительно в литературе, прессе и в незначительной степени в науке.

В период Возрождения (с середины XIX в.), ознаменованный созданием Матицы серболужицкой (середина 40-х годов XIX в.), а также целого ряда культурных и научных обществ, отмечаются определенные изменения языковой ситуации в Лужице. Основной целью различных по своему характеру объединений, как и всего национального движения серболужичав было достижение национального и языкового равноправия в пределах немецкого государства; всемерное сохранение серболужицкой народности и серболужицкого языка с помощью издания на этом языке книг для школьного обучения и семейного чтения, газет; очищение и совершенствование родного языка и забота о народном просвещении. Необходимость поднять престиж серболужицкого языка потребовала от руководства Матицы поставить вопрос об издании основ так называемого аналогического правописания (по аналогии с системами правописания других славянский языков, главным образом чешского) и осуществлении тем самым графической и орфографической унификации обоих верхнелужицких письменных вариантов - протестантского и католического.

Новая, единая система правописания, свободная от конфессиональных различий, создавалась на базе латиницы и применения диакритических знаков. Ее введение к 70-м годам XIX в. означало новый этап в функционировании серболужицкого языка, его литературной формы. Основу единого верхнелужицкого литературного языка составлял протестантский вариант с более длительной и сильной традицией. Появление его способствовало лучшему знакомству серболужицкого населения с литературой, не только религиозной, но и светской, самых различных жанров, а также политической и научной Это помогало формированию серболужицкой интеллигенции, вовлечению молодого поколения серболужичан в сферу славянского мира, раскрытию ценностей национальной культуры и укреплению их национального самосознания. Отметим, что в середине XIX в. на территории распространения серболужицкого языка не было серболужицких школ; число тех, кто умел писать по-серболужицки, было незначительно.

Процесс кодификации верхнелужицкого литературного языка протекал очень сложно, сопровождался проявлением пуристических тенденций, выполнявших оборонительную функцию, а также славянофильских настроений. Противоречивый характер этого процесса находил отражение на страницах "Журнала Матицы серболужицкой", которая постепенно приобрела значение национального, культурного, научного и издательского центра серболужичан. Статьи основоположника серболужицкого языкознания Я.А. Смолера, а также таких видных серболужицких ученых, как К.Б. Пфуль, М. Горник и др., были посвящены различным вопросам, связанным с изучением серболужицкого и других славянских языков, литератур, с разнообразными славистическими исследованиями. Именно в "Журнале Матицы серболужицкой" и в ряде публикаций общества одержал победу новый верхнелужицкий литературный язык на начальном этапе своего развития. Но он еще долго добивался признания в газетах и книгах, издаваемых для широкого населения Лужицы.

Таким образом, сложившиеся ко второй половине XIX в. два относительно стабильных серболужицких литературных языка - верхне- и нижнелужицкий - были связаны с определенными территориями и функционировали как поливалентные коммуникативные средства с ограниченной сферой применения, как общественно обусловленные нормы языкового поведения (см. [4, 52-53]). При этом можно говорить о характерных особенностях и различиях в использовании этих языков. Верхнелужицкий литературный язык с 70-х годов XIX в. - поливалентная надрегиональная форма языковой коммуникации - употреблялся в официальных ситуациях письменно и устно на территории саксонской .части Верхней Лужицы. Здесь же в XIX в. начинает формироваться надрегиональная форма серболужицкого языка.

В прусской части Лужицы, в Нижней Лужице, нижнелужицкий литературный язык имел очень ограниченную сферу применения, являясь в основном языком церковной литературы. Нижнелужицкая светская литература, главным образом переводы произведений верхнелужицких авторов, появляется лишь с 60-х годов XIX в. (см. [2, 46]). Недостаточное развитие издательского дела в Нижней Лужице и узкая сфера применения нижнелужицкого литературного языка объяснялись общей неблагоприятной политической и общественной ситуацией на этой территории: употребление этого языка в церковной жизни было ограничено, а начиная с 40-х годов XIX в. он перестал быть языком школьного обучения.

О создании единого серболужицкого литературного языка для верхних и нижних серболужичан уже и тогда не могло быть речи. Это обстоятельство осознавалось деятелями серболужицкого возрождения и объяснялось ими как результат отсутствия для всех серболужичан единой светской, церковной и административной власти, единой системы школ ного образования. Как мы уже отмечали (см. [4. 52-53], функционирование на серболужицкой языковой территории двух литературных языков освещается исследователями серболужицкого языка по-разному: связи с языковыми различиями, унаследованными с древнейшего период развития серболужицкого языка; с административной раздробленностью территории, на которой функционировал серболужицкий язык; не последнюю роль сыграла и неграмотность серболужицкого населения. Выбор решающего аргумента при обсуждении этого вопроса часто определяется позицией автора относительно тезиса о единстве серболужицкого языка. Очевидно, необходимо учитывать действие целого комплекса причин, повлиявших на возникновение двух серболужицких литературных языков.

Судьба серболужицкого языка и условия его функционирования многом зависели от изменений в политической ситуации на конкретной территории. Так, в 70-е годы в период оформления роли верхнелужицко литературного языка в качестве поливалентной надрегиональной формы языковой коммуникации, в годы политической реакции, немецкое государство предпринимает новые репрессивные меры против серб лужицкого языка в школе и церкви. Так закончился период относитель более терпимого отношения к языку серболужичан. Саксонский закон о народной школе 1873 г. требовал, чтобы немецкий язык стал языком обучения даже в тех школах, где немецкие дети составляли менее 5% всех учеников, а серболужицкие школьники не знали ни слова по-немецки. Такая политика поддерживалась многими немецкими учеными и публицистами; некоторые из них призывали к "расовой войне" против славян как единственному способу избежать осложнений в национальных отношениях. В отдельных высказываниях серболужицких деятелей Матицы серболужицкой видны попытки смягчить напряженную ситуацию, хотя без ярко выраженной критики и протестов в адрес государства. Как отмечалось серболужицкими историками, призывом "Учите ваших детей читать по-серболужицки" Матица серболужицкая пыталась остановит процесс германизации.

Развитие серболужицкого языка и функционирование его литературных форм в середине XIX в. свидетельствуют о действии двух противоположных тенденций, характеризующих языковую ситуацию того времени: с одной стороны, наблюдается рост и укрепление престижа серболужицкого языка и расширение сфер его применения как результат усиления национального движения и общественной активности серболужичан, окончательное формирование двух литературных языков (единого верхнелужицкого литературного языка), связанных с различными территориям как поливалентных средств коммуникации; с другой - постепенный переход к двуязычию в условиях жизненной необходимости для серболужичан овладения немецким языком и германизаторской политики властей. Следствием этого явилось непрерывное сокращение численности серболужицкого населения и самой территории распространения серболужицкого языка. Процесс германизации, проводниками которого выступали в первую очередь школа, протестантская церковь и служба в армии, осуществлялся по-разному на разных территориях Лужицы и наиболее быстро шел в Нижней Лужице. Процесс перехода от серболужицкого одноязычия через стадию серболужицко-немецкого двуязычия к немецкому одноязычию медленнее всего осуществлялся среди серболужицкого населения в католических приходах Каменца и Баутцена. Эта область и до сих пор остается территорией наибольшей концентрации серболужицкого этникума. Данное обстоятельство объясняется рядом причин: на этой территории с наибольшим количеством серболужицкого населения верхнелужицкий литературный язык имеет более высокий престиж и чаще, чем в протестанских районах, выступает в роли языка богослужения; серболужичане католического вероисповедания, обладающие высокой степенью религиозной и общественной сплоченности, сохраняют верность своим обычаям и традициям и тем самым как бы противостоят протестантскому окружению; не последнюю роль сыграла независимость католического духовенства от государственной власти, а также независимость баутценского деканата от пражского архиепископата (см. [9, 16]).

Данные статистики, относящиеся к разным периодам XIX - начала XX в. и представленные официальными учреждениями и частными лицами, свидетельствуют о неуклонном сокращении численности серболужицкого населения на этнической территории серболужичан. При этом наблюдаются существенные расхождения между официальной статистикой и результатами, полученными отдельными учеными [там же, 14-15] в процессе обследования серболужицкой территории. Важно, что в немецкой литературе двуязычные серболужичане часто квалифицировались как представители немецкой национальности. По данным К.Э. Муке, который тщательно обследовал все города, деревни и отдельные хозяйства на территории Лужиц, численность серболужицкого населения в 1880-1884 гг. составляла 166 тыс. В 1904-1905 гг., по подсчетам А. Черны, количество серболужичан определяется в 146 тыс., а в 1936-1938 гг., по данным О. Новины, их насчитывалось 111 тыс. Как отмечает С. Марчиняк [там же, 15], официальные сведения о количественном составе серболужицкого населения содержали значительно меньшие цифры, а в 30-х годах немецкая статистика представила данные, составлявшие лишь половину того количества, которое было получено О. Новиной.

Сформировавшаяся серболужицкая народность приобрела статус национального меньшинства, что в специфических условиях исторического развития серболужичан сыграло свою роль в их переходе к серболужицко-немецкому двуязычию, полностью осуществившемуся к началу XX в.

Германизаторская политика в отношении серболужицкого национального меньшинства наиболее ярко проявилась в период фашистской диктатуры. В годы насильственного перерыва в развитии серболужицкого языка был введен запрет на его употребление (1937), ликвидированы все общественные объединения серболужичан, их издательство и типография; преследовались и высылались представители серболужицкой интеллигенции; в глубь Германии высылались серболужицкие учителя и священники; предпринимались попытки принудительного введения немецкого языка в семейный обиход серболужичан. Это в большей мере удалось осуществить среди протестантской части населения и встретило сопротивление серболужичан католического вероисповедания.

После второй мировой войны этническая структура населения на территории распространения серболужицкого языка в бывшей ГДР претерпела серьезные изменения в результате переселения на земли серболужичан немцев из пограничных областей других славянских стран. Новое административное деление в рамках ГДР не способствовало сохранению компактности серболужицкого населения. Общественно-экономическое развитие бывшей ГДР обусловило сложность и противоречивость языковой ситуации в Лужице (см. [1, 91]): с одной стороны, провозглашение для серболужицкого языка равных с немецким языком прав, предоставление серболужицкому национальному меньшинству культурной автономии, т.е. права с помощью специально созданной организации - Домовины - осуществлять деятельность, направленную на сохранение и развитие серболужицкого языка, на расширение социальной базы его носителей путем развития народного образования (создание педагогического института, 12-классных средних школ и десятилеток с преподаванием на серболужицком языке), развитие издательской деятельности, создание двуязычной театральной труппы, серболужицкого фольклорного ансамбля, проведение фестивалей народной культуры, использование, хотя и ограниченное, этого языка в административной деятельности С другой стороны, наряду с такими мерами, которые должны были способствовать укреплению позиций серболужицкого языка и расширению сфер его применения, действуют объективные факторы, влияние которых постепенно, но достаточно быстро приводит к "размыванию" серболужицкого этникума и, следовательно, к ослаблению или даже к полной утрате определенных позиций серболужицкого языка. Миграция населения, развитие индустрии и сельского хозяйства, смешанные браки, доминирующее влияние немецкого языка во всех сферах коммуникации - в средствах массовой информации, просвещении, кино, в учреждениях здравоохранения, в профессиональных коллективах и т.д. - создали в основном смешанный характер этнической структуры на территории распространения серболужицкого языка, где преобладают деревни со смешанным серболужицко-немецким населением; в некоторых районах Лужицы в течение последних 35 лет дело дошло до полного исчезновения серболужицкого языка (ср., например, в Нижней Лужице). По мнению некоторых исследователей, общее количество серболужичан определяется в 30-50 тыс. [9, 23], из них примерно 15 тыс. приходится на католические районы Верхней Лужицы, а число серболужичан протестантского вероисповедания превосходит число говорящих по-серболужицки католиков не более чем в два раза.

В зависимости от компактности серболужицкого двуязычного населения можно говорить о двух типах языковой ситуации на территории распространения серболужицкого языка. В районах с наиболее компактным серболужицким населением (католические районы в окрестностях Каменца, Баутцена (Будышина) на крайнем западе верхнелужицкой языковой территории) наблюдается переход от более комплексного двуязычия к более координированному двуязычию: в немецком произношении старшего и среднего поколений обнаруживается сильное влияние серболужицкого языка, на других уровнях серболужицкой языковой системы - влияние немецкого языка; представители молодого поколения владеют обоими языками, а немецкое население владеет серболужицким языком пассивно или даже активно. Богослужение в католической церкви существляется на серболужицком языке, в школах типа А преподавание ведется также на серболужицком языке, а в школах типа Б серболужицкий язык преподается как предмет. В культурном центре Верхней Лужицы - Баутцене сосредоточены все научные, культурные и административные учреждения Верхней Лужицы. Однако влияние немецкого языка постепенно растет и на этом "национальном и конфессиональном острове".

В других районах (немецко-серболужицких) представители серболужичан составляют меньшинство. Здесь немецкий язык является основным родством общения и большинство немецкого населения не говорит по-серболужицки. Серболужицкий язык употребляется лишь в некоторых сферах общественной жизни. Представители старшего и среднего поколений хорошо владеют обоими языками, но в их серболужицком зыке на всех уровнях языковой системы обнаруживается сильное влияние немецкого языка; молодое поколение практически не владеет серболужицким языком. Языковая ситуация характеризуется быстрым переходом от комплексного немецко-серболужицкого двуязычия к немецкому одноязычию. В общеобразовательных школах типа Б серболужицкий язык изучается факультативно, как специальный предмет. Сложность и противоречивость языковой ситуации [5], характеризующейся особенностями в различных районах серболужицкой территории, проявляются и в функционировании различных форм существования серболужицкого языка в условиях постоянной конкуренции с немецким (его литературными и диалектными формами). Немецкий язык является универсальным коммуникативным средством для каждого серболужичанина, который владеет им на всех стилевых уровнях. Серболужицкий же язык является специальным и факультативным средством Общения и используется лишь в некоторых сферах общественной жизни:иногда наряду с немецким при официальных, деловых контактах, в большей степени - в мероприятиях серболужицких организаций, заседаниях домовины, в церкви, во время семейных праздников, чаще всего - в повседневной семейной жизни, при общении с друзьями и знакомыми.

Для современной языковой ситуации в Лужице характерны следующие формы существования серболужицкого языка: надрегиональные - а) две кодифицированные, литературные письменные формы - верхне- и нижнелужицкая; б) две устные литературные формы - верхне- и нижнс лужицкая; в) две некодифицированные разговорные формы, близкие к верхне- и нижнелужицким диалектам; наряду с устной формой можно выделить и письменную форму разговорного языка, которая употребляется, например, в частной переписке; региональные формы - собственно верхне- и нижнелужицкие и так называемые переходные диалекты.

Характер названных форм существования серболужицкого языка и их взаимосвязь в современной языковой ситуации обладают особенностями, н которых проявляется своеобразие функционирования современного серболужицкого языка в отличие от предшествующего периода развития.

Прежде всего следует отметить отсутствие господствующей роли литературных форм, их нивелирующего по отношению к другим языковым формам значения. Причина этого заключается в консервативном характере серболужицких литературных языков, приобретенном ими в результате влияния (начиная с середины XIX в.) таких факторов, как пуризм, стремление к реславянизации, а также факторов экстралингвистических политического и социального характера (ср., например, слабое развитие народного образования в прошлом, особенно в Нижней Лужице) В послевоенный период, когда расширилась сфера применения серболужицкого языка и возросла роль устных литературных форм и разговорной речи, повысился престиж письменных литературных форм серболужицкого языка. И все же наиболее распространенным средством коммуникации для большинства носителей серболужицкого языка остается диалект. Им нередко пользуется в неофициальном общении интеллигенция - основной носитель серболужицкого литературного языка и его разговорных форм. Роль литературных языков на территории распространения тех или иных диалектов может быть различной, что обусловливает тип взаимоотношения всех форм существования серболужицкого языка на определенной территории. Обобщая особенности конкретных языковых ситуаций в отдельных районах Лужицы, можно выделить два основных типа взаимодействия этих форм.

Первый тип характеризует языковую ситуацию культурных центров серболужичан - Баутцен, где сосредоточены все научные, культурные и административные учреждения Верхней Лужицы, и Котбус в Нижней Лужице, а также свойствен языковой ситуации католических приходов Каменца и Баутцена, где большое значение для поддержания престижа серболужицкого языка имеет богослужение на нем. В этих районах сосредоточена большая часть серболужичан, владеющих литературными языками, при этом часть серболужицкой интеллигенции владеет обоими литературными языками. Здесь отмечается активная роль литературных языков в различных сферах коммуникации, где возможно употребление серболужицкого языка, конкурирующего с немецким. Существующие в этих областях серболужицкие научные и культурные организации способствуют расширению сферы применения как письменных, так и устных форм литературного языка (доклады, рефераты, радио- и телепередачи). В серболужицких культурных центрах концентрируется серболужицкая интеллигенция всех поколений, в том числе и нового поколения, которое в личном общении употребляет исключительно литературный язык или разговорный. Разговорный язык является надреги-аальной формой устного неофициального общения (прежде всего в Верхней Лужице). Предпосылки для его развития и стабилизации создает необходимость в повседневном неофициальном общении представителей разных диалектных областей, но при общении с родными и знакомыми часто употребляется и соответствующий диалект, которым обычно владеют представители серболужицкой интеллигенции (наряду со знанием одного или двух серболужицких литературных языков). Таким образом, первый тип взаимоотношения различных форм существования серболужицкого языка характеризуется большей ролью литературных форм (письменной и устной) и разговорного языка.

Разговорный язык в устном общении представителей интеллигенции, образованных в языковом отношении, приобретает все большую самостоятельность относительно других форм существования серболужицкого языка. Он обладает рядом структурных особенностей по сравнению с устной формой литературного языка. С точки зрения критерия социальной ситуации коммуникативного акта устная форма литературного языка и разговорный язык противопоставлены устному языку, употребляемому в официальном общении, и устному языку, используемому в неофициальном общении партнеров, социальная дистанция между которыми незначительна. С точки зрения коммуникативной интенции они различаются между собой как устный язык подготовленный, употребляемый главным образом в сообщениях и устный язык спонтанного характера, свойственный диалогической коммуникации. Разговорному языку не присуща определенная норма. В использовании диалектных элементов при его употреблении можно предположить большой диапазон - от разговорного языка-полудиалекта до разговорного языка, в большей или меньшей степени близкого к диалекту. Наблюдения над разговорным языком дают возможность выявить различные типы его взаимодействия с литературным языком [1, 101-107].

На серболужицкой территории, которая характеризуется первым типом взаимоотношений всех форм существования серболужицкого языка, серболужицко-немецкое двуязычие обладает большей стабильностью. С. Фасске [3, 191-192] была предложена теоретическая модель для адекватного описания коммуникативных ситуаций, где употребляются или не употребляются серболужицкие литературные языки в конкуренции с немецким языком. Отличительной чертой второго типа взаимодействия форм существования серболужицкого языка является определяющая роль региональных форм коммуникации. В условиях того или иного диалекта литературным языком владеет незначительная часть населения, главным образом те, кто обучался ему в школе и в дальнейшем знакомился с серболужицкой литературой. При употреблении местного диалекта влияние литературного языка обнаруживается на всех уровнях языковой системы, но в различной степени, в зависимости от конкретной языковой ситуации на данной территории, а также от коммуникативной ситуации. Однако влияние немецкого литературного языка на немецкий язык местных серболужичан может быть значительно больше, чем влияние верхнелужицкого литературного языка на местный серболужицкий диалект.

Отметим, что серболужицкие литературные языки с течением времени приобрели консервативный характер, что привело к значительному структурному разрыву с устными формами серболужицкого языка, к появлению большого числа искусственных форм, функционально не оправданных. Сыграло свою роль и отсутствие кодификации литературной нормы, адекватной действительному языковому узусу. Разрыв между литературным языком и развивающейся диалектной нормой, влияющей на разговорную форму серболужицкого языка, не способствовал пониманию и активному усвоению литературного языка носителями серболужицкого языка. Это не может не снижать значение литературного языка как надрегионального средства коммуникации.

В серболужицком языке существует своеобразное соотношение элементов ряда "литературный язык - разговорный язык - диалект" при особом значении взаимодействия первого и третьего элементов. Формирование второго элемента - разговорного языка как особой формы коммуникации - связано с судьбой литературного языка и диалектов. Состояние же диалектов различно на разных территориях распространения серболужицкого языка. На периферии серболужицкой языковой территории серболужицкие диалекты довольно быстро исчезают (например, на востоке Нижней Лужицы), в центральной части народная разговорная форма подвергается сильному воздействию немецкого языка.

Норма нижнелужицкого литературного языка испытывает значительное влияние верхнелужицкого литературного языка, от которой она отличается неустойчивостью и большей вариативностью.

Изменившиеся политические и социальные условия в объединенной Германии, преобразования во всех сферах жизни затронут всех представителей серболужицкого национального меньшинства и так или иначе повлияют на характер языковой ситуации и судьбу серболужицкого языка.

Примечания

1. Эта точка зрения разделяется большинством серболужицких лингвистов (см. [6; 7; 8]).

2. Данная точка зрении наиболее последовательно защищается Г. Шустером-Шевцом (cр..например [16]).

3. О диалектном членении серболужицкой языковой территории см. [14, 3-4].

4. См. карту № 3 в работе [12], а также [3, 179].

5. Подробно о современной языковой ситуации и функционировании различных форм сущствования серболужицкого языка см. [1, 90-115].

Список литературы

1. Ермакова М.И. Особенности функционирования современных серболужицких литературных языков // Функционирование славянских литературных языков в социалистическом обществе. М., 1988.

2. Михалк Ф. Стабильность и вариантность серболужицкого языка // Формирование и функционирование серболужицких литературных языков и диалектов. М.. 1989.

3. Фасске X. Формирование серболужицких литературных языков // Формирование славянских литературных языков: теоретические проблемы: Сборник обзоров. М.. 1983.

4. Еrmаkоvа Маjа I. [Ермакова М.И.] РгоЫеms оf development of the Serbian language in context with the specific character of the historical development of the Serbs // Language and culture of the Lusitian Serbs throughout their history. 1987.

5. Grammatik der obersorbischen Schriftsprache der Gegenwart. Verfasst von Helmut Fasske unter Mitarbeit von Siegfried Michalk: Morphologie. Bautzen, 1981.

6. Lotzsch R. Das Problem obersorbisch-niedersorbischen Sprachgrenze // ZfSl. 1963. Bd. 8, H. 2.

7. Lotzsch R. Einheit und Gliederung des Sorbischen. B., 1965.

8. Lotzsch R. Einige Bemerkungen zu D. Brozovic Aufsatz "O specificnim vidovima luzickosrpske jezicne problematike" // Letopis Instituta za serbski ludospyt (Letopis) // RA. 1968.

9. Marciniak S. Dzisiejsza sytuacja jezykowa na Luzycach i jej historyczne uwarunkowania // Zeszyty luzyckie / Pod red. Ewy Siatkowskiej. W-wa, 1990. № 1.

10. Metsk F. Der Anteil der Stande des Markgraftums Oberlausitz an der Entstehung der obersorbischen Schriftsprache , 1668-1728 // ZfSl. 1983. Bd. 28. H. 1.

11. Metsk F. Der Kurmarkisch-wendische Distrikt: Ein Beitrag zur Geschichte der Territorien Barwalde, Beeskow, Storkow, Teupitz, und Zossen unter besonderer Berucksichtigung des 16 - bis 18 Jahrhunderts. Bautzen, 1965.

12. Metsk F. Die Stellung der Sorben in territorialen Verwaltungsgliederung des deutschen Feudalismus. Bautzen. 1968.

13. Michalk F. Die sorabistische Sprachwissenschaft in der DDR // Македонски jезик 1979. [Bd.] 26.

14. Mucke K.E. Historische und vergleichende Laut- und Formenlehre der niedersorbischen (niederlausitzisch-wendischen) Sprache. Leipzig,1981.

15. Nedo P. Wo wuwicu dwurecnosce we Luzicy // Rozhlad. 1958. [№] 8.

16. Shuster-Sewc H. Sprache und ethnische Formation in der Entwicklung des Sorbischen // ZfSl. 1959. Bd. 4, H. 4.

17. Shuster-Sewc H. Die Geschichte der sorbichen Schriftsprache (ein) Grundriss // Славянскафилология III София, 1963.

18.. Shuster-Sewc H. Sorbische Sprachdenkmaler.16. - 18. Jahrhunderts. Bautzen, 1967.

19. Sewc H. Wuwice spisowneje rece pola Luziskich Serbow // Sorabistike prednoski 1977. Budysin, 1977.

20. М.И. Ермакова. ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ СЕРБОЛУЖИЦКОГО ЯЗЫКА