Скачать .docx  

Реферат: Субъективная сторона преступления

Обязательным признаком любого преступления является вина. Принцип виновной ответственности закреплен в ст. 5 УК РФ. Вина представляет собой психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом, и его последствиям. В ней проявляется отрицательное отношение лица к интересам (ценностям), охраняемым уголовным законом от преступных посягательств (Наумов А.В. Указ. Соч., с. 208). Данное отрицательное отношение может проявляться в антисоциальной, асоциальной либо недостаточно выраженной социальной установке этого лица относительно важнейших ценностей общества.( Российское Уголовное право. Общая часть: Учебник.- М.: Изд-во «Спарк», 1997.с. 135)

Содержание вины составляют интеллектуальный и волевой моменты. Интеллектуальный момент включает в себя осознание характера объекта и совершаемого деяния (а в преступлениях с материальным составом, кроме того, и предвидение общественно опасных последствий) а также дополнительных признаков, если они включены в состав преступления. Волевой элемент вины также зависит от конструкции состава преступления. Предметом волевого отношения субъекта является очерченный законодателем круг фактических обстоятельств, определяющих юридическую сущность преступного деяния. При совершении умышленного преступления воля лица направлена на достижение определенного преступного результата, тогда как при неосторожных преступлениях лицо не предпринимало необходимых усилий во избежание последствий. Сущность волевого процесса при совершении незаконного оборота драгоценных металлов и камней заключается в сознательной направленности действий на достижение поставленной цели.

Форма вины определяется соотношением психических элементов (сознание и воля), образующих содержание вины. Российское уголовное право предусматривает две формы вины - умысел и неосторожность (ч.1 ст. 24 УК РФ). Согласно ч.2 ст. 20 УК РФ, если диспозиция статьи не регламентирует форму вины, то такое преступление должно признаваться умышленным. Следовательно, деяние, предусмотренное ст.191 УК РФ может быть совершено только умышленно. Уголовное законодательство делит умысел на прямой и косвенный (ст. 25 УК РФ).

Согласно ч. 2 ст. 25 УК РФ, преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо, его совершившее, сознавало общественно опасный характер своего действия или бездействия, предвидело его общественно опасные последствия и желало их наступления.

Сознание общественно опасного характера совершаемого деяния означает понимание его фактического содержания и общественного значения. Отражение в сознании виновного характера объекта преступления, деяния, посредством которого осуществляется посягательство, а также фактических обстоятельств, при которых происходит преступление, дает ему возможность осознать направленность деяния на защищаемые социальные блага, т.е. его общественную опасность. Так, сознание общественной опасности деяния при совершении незаконного оборота драгоценных металлов и камней заключается в том, что лицо сознает, что не требует специального доказывания по каждому уголовному делу, поскольку способность осознавать социальное значение своего поведения присуща каждому человеку в связи с приобретенными жизненным опытом и знаниями.

Не следует отождествлять сознание общественной опасности деяния с сознанием его противоправности, запрещенности уголовным законом. В большинстве случаев виновные в умышленных преступлениях сознают их противоправность. Но не исключается, что умышленное преступление может быть совершено и без знания том, что оно запрещено уголовным законом. Например, не всякий знает об уголовной наказуемости жестокого обращения с животными, но от этого деяние не перестает быть умышленным. Иногда в законе прямо указывается на заведомо незаконный характер совершаемого деяния как на условие уголовной ответственности. В таких случаях деяния являются умышленными только при сознании их противоправности. В содержание умысла включается осознание противоправности деяния и тогда, когда деяние характеризуется как нарушение специальных правил (например, правил сдачи государству золота).

Под предвидением общественно опасных последствий следует понимать мысленное представление лица о том вреде, который причинит его деяние общественным отношениям, которые защищаются уголовным законом.

Предвидение при прямом умысле включает: во-первых, представление о предстоящих изменениях в объекте посягательства; во-вторых, понимание их опасности, вреде для общества; в-третьих, осознание зависимости между деянием и общественно опасными последствиями как причины и следствия.

Для прямого умысла характерно предвидение неизбежности наступления общественно опасных последствий. Лицо, намеренное причинить вредные последствия, убеждено в реальности осуществлении своих намерений, представляет их себе как неизбежные. В отдельных случаях совершения преступления с прямым умыслом общественно опасные последствия предвидятся не как неизбежные, а как реально возможные.

Волевой элемент прямого умысла определяется в законе как желание наступления общественно опасных последствий (ч.1 ст.25 УК РФ).

Желание - это стремление к определенному результату. Оно может иметь различные психологические оттенки. Желаемыми следует считать не только те последствия, которые доставляют виновному внутреннее удовлетворение, чувство удовольствия, но и те, которые при внутренне отрицательном эмоциональном отношении к ним виновного представляются ему нужными или неизбежными на пути к удовлетворению потребности, ставшей побудительной причиной деяния, его мотивом. Как признак прямого умысла желание заключается в стремлении к определенным последствиям, которые могут выступать для виновного в качестве либо конечной цели, либо промежуточного этапа, либо средства достижения цели, либо необходимого сопутствующего элемента деяния.

Законодательное определение прямого умысла ориентировано на преступления с материальным составом. Поэтому желание связывается в нем только с общественно опасными последствиями, в которых воплощен вред, причиняемый объекту. Однако большинство известных российскому законодательству преступлений имеет формальный состав, и последствия находятся за его пределами. В таких составах предметом желания выступают само общественно-опасное деяние. Так, субъект незаконного оборота драгоценных металлов и камней, сознавая, что его действия наносят вред экономике государства, желает совершить действия, обладающие такими свойствами. Таким образом, при совершении преступлений с формальным составом желания включают совершение деяния, которые по своим свойствам обладают признаком общественной опасности независимо от наступления вредных последствий.

Косвенный умысел в соответствии с ч.2 ст.25 УК РФ имеет место, когда лицо, совершившее преступление, сознавало общественно опасный характер своего действия или бездействия, предвидело его общественно опасные последствия и не желало, но сознательно допускало наступление этих последствий.

Сознание общественно опасного характера деяния при косвенном умысле сходно с соответствующим элементом прямого умысла. По характеру предвидения между прямым и косвенным умыслами имеется отличие: при прямом умысле лицо предвидит неизбежность или реальную возможность наступления вредных последствий, а при косвенном – только реальную возможность. Косвенный умысел, да и вообще умысел исключается, если субъект не распространяет возможность наступления вредных последствий на данный конкретный случай, т.е. сознает закономерность наступления таких последствий в других аналогичных случаях.

По волевому же моменту косвенный умысел отличается от прямого тем, что лицо сознательно допускает общественно опасные последствия. При этом виновный не стремится причинить общественно опасные последствия, но одобрительно к ним относится.

Косвенный умысел невозможен при совершении преступлений с формальным составом и в ряде других уголовно-правовых ситуаций (в преступлениях со специальной целью, при покушении и приготовлении к преступлению и т.д.).

Установление вида умысла очень важно для правильной квалификации преступления.

Преступления, совершаемые с прямым умыслом, харктеризуютсясознание и воля виновного непосредственно мобилизованы на совершение общественно опасного деяния и причинение вредных последствий. Поэтому общественная опасность таких преступлений обычно больше, чем преступлений, совершаемых с косвенным умыслом.

Деление умысла на прямой и косвенный, основанное на различиях в их психологическом содержании, помимо чисто теоретического имеет немалое практическое значение. Строгое разграничение обоих видов умысла необходимо для правильном применения ряда уголовно-правовых институтов (приготовление, покушение, соучастие и др.), для квалификации преступлений, законодательное описание которых предполагает только прямой умысел, для определения степени вины, степени общественной опасности деяния и личности виновного, а также для индивидуализации уголовной ответственности и наказания.

Помимо деления умысла на виды в зависимости от особенностей их психологического содержания, теория и практика уголовного права знают и иные классификации видов умысла. Так, по моменту возникновения преступного намерения умысел подразделяется на заранее обдуманный и внезапно возникший.

Заранее обдуманный умысел характерен тем, что намерение совершить преступление осуществляется через более или менее значительный промежуток времени после его возникновения. Во многих случаях заранее обдуманный умысел свидетельствует о настойчивости, а иногда и об изощренности субъекта в достижении преступных целей, и, следовательно, заметно повышает опасность как преступления, так и самого виновного. Но опасность деяния и его субъекта не всегда повышается при заранее обдуманном умысле. Сам по себе момент возникновения преступного намерения -- обстоятельство в значительной мере случайное и не может оказать существенного влияния на степень опасности деяния. Гораздо важнее те причины, по которым виновный реализовал свой замысел не сразу. Если это объясняется его нерешительностью, внутренними колебаниями, отрицательным эмоциональным отношением к преступлению и его результатам, то заранее возникший умысел ни в коей мере не опаснее, чем внезапно возникший. Но иногда разрыв во времени между возникновением и реализацией умысла обусловлен особой настойчивостью субъекта, который в это время готовит способы и средства для совершения деяния, обдумывает план осуществления преступного намерения, пути преодоления возможных препятствий, способы сокрытия преступления и т.д. Нередко заранее обдуманный умысел свидетельствует об особом коварстве виновного или об изощренности способов достижения преступной цели, которые могут проявляться: в применении хитроумных ловушек для доверчивой жертвы; в использовании для преступных целей других лиц, не сознающих своей роли в совершаемом преступлении; в применении взрывных устройств, срабатывающих при вскрытии "посылки"; в использовании поддельных документов и т.п. При таких обстоятельствах заранее обдуманный умысел повышает опасность деяния и личности виновного, поэтому он опаснее внезапно возникшего умысла.

Внезапно возникшим нюывают такой вид умысла, который реализуется в преступлении сразу же или через незначительный промежуток времени после его возникновения. Внезапно возникший умысел может быть простым или аффектированным.

Простой внезапно возникший умысел -- это такой умысел, при котором намерение совершить преступление возникло у виновного в нормальном психическом состоянии и было реализовано сразу же или через незначительный промежуток времени после возникновения. Аффектированный умысел характеризует не столько момент, сколько психологический механизм возникновения намерения совершить преступление. Поводом к его возникновению являются неправомерные действия потерпевшего в отношении виновного или его близких. Они внезапно вызывают у субъекта сильное эмоциональное волнение, существенно затрудняющее сознательный контроль над волевыми процессами. В преступлениях, совершенных с аффектированным умыслом, меньше проявляется антисоциальная установка личности, а больше -влияние ситуации как внешнего повода для совершения преступления. Этим и обусловлено смягчение наказания за преступление, совершенное с аффектированным умыслом.

По психологическому содержанию и заранее обдуманный, и внезапно возникший умысел может быть как прямым, так и косвенным.

В зависимости от степени определенности представлений субъекта о важнейших фактических и социальных свойствах совершаемого деяния умысел может быть определенным (конкретизированным) или неопределенным (неконкретизированным).

Определенный (конкретизированный) умысел характеризуется наличием у виновного конкретного представления о качественных и количественных показателях вреда, причиняемого деянием, Если у субъекта имеется четкое представление о каком-то одном индивидуально-определенном результате, умысел янляется простым определенным.

Альтернативный умысел -- это такая разновидность определенного умысла, при котором виновный предвидит примерно одинаковую возможность наступления двух или большего числа индивидуально-определенных последствий. Преступления, совершаемые с альтернативным умыслом, следует квалифицировать в зависимости от фактически причиненных последствий. Так, лицо, наносящее проникающее ножевое ранение в грудь, действует с альтернативным умыслом, если с равной долей вероятно сти предвидит любое из двух возможных последствий: смерть или тяжкое телесное повреждение. Его действия должны квалифицироваться как умышленное причинение тех последствий, которые фактически наступили (если не было умысла именно на лишение жизни).

Неопределенный (неконкретизированный) умысел характеризуется тем, что у виновного имеется не индивидуально-определенное, а обобщенное представление об объективных свойствах деяния, т.е. он сознает только видовые его признаки.

Мотив и цель преступления Психология учит, что действия человека обусловлены определенными мотивами и направлены на определенные цели. Правильная оценка любого поведения невозможна без учета его мотивов и целей. Это в полной мере касается и оценки уголовно-правового поведения. Не случайно уголовно-процессуальное законодательство требует доказывания мотивов преступления в числе обстоятельств, составляющих предмет доказывания. Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 30 июня 1969 г. "0 судебном приговоре" в редакции постановления от 27 июля 1990 г. М 6 также подчеркнул необходимость установления мотивов и целей преступления наряду с другими обстоятельствами совершения преступления. Поэтому очень важно уяснить понятие мотива и цели преступления и их уголовно-правовое значение.

Мотив и цель -- психические явления, образующие вместе с виной субъективную сторону преступления.

Под мотивацией понимается система побуждений человека, направленная на достижение конкретных целей. Большое значение имеющимся у человека мотивам для успешности его учения, труда, общения придавали психологи Б.Г. Ананьев, Л.С.Выготский, С.Л. Рубинштейн, которые в своих исследованиях искали и прослеживали факторы, воздействующие на результативность деятельности человека, на характер и уровень его социальной активности в целом, на весь «общественный калибр его личности».

Мотивация дает ответы на вопросы: « Чего хочет человек? К чему он стремится? Как он видит свое будущее?» Мотив имеет несколько аспектов: 1) побуждение к деятельности, связанное с удовлетворением потребностей субъекта, совокупность внешних и внутренних условий, вызывающих активность субъекта и определяющих его направленность; 2) побуждающий и определяющий выбор направленности деятельности на предмет (материальный или идеальный), ради которого она осуществляется; 3) осознаваемая причина, лежащая в основе выбора действий и поступков личности.

Побуждения человека всегда связаны с реализацией доминирующих потребностей. Потребности лежат в основе поведения людей, так как являются переживаемой человеком нуждой, удовлетворение которой жизненно важно для существования человека, сохранения целостности его личности или развития индивидуальности. Человек для своего существования, развития и совершенствования нуждается в активности и средствах для удовлетворения своих потребностей. Потребности человека разнообразны и социально обусловлены, они являются главным фундаментом, на котором строится вся психическая деятельность человека, его ум, чувства, воля. К потребностям примыкает система побудительных факторов (убеждения, взгляды, стремления, идеалы). Эта система, соотнесенная с потребностями и становится мотивацией. Мотивации, не исходящей из потребностей, не существует.

Американский ученый Абрахам Маслоу, внесший большой вклад в развитие теории мотиваций деятельности, классифицировал потребности человека на базисные (потребность в пище, безопасности, позитивной самооценке и другие) и производные (в справедливости, благополучии, порядке и единстве социальной жизни). Причем потребности производные актуальны лишь после того, как удовлетворены предыдущие. Американские социологи активно занимались проблемами мотивации профессионального выбора, профессионального отбора, мотивацией результативной трудовой деятельности, что нашло отражение в теориях научного менеджмента Ф. Тейлора, ситуативного менеджмента Б. Скиннера, концепции «человеческих отношений» Э. Мэйо, мотивационно-гигиенической теории Фредерика Херцберга и т.п.

Мотивом преступления называют обусловленные определенными потребностями и интересами внутренние побуждения, которые вызывают у лица решимость совершить преступление и которыми оно руководствовалось при его совершении.

Цель преступления есть мысленная модель будущего результата, к достижению которого стремится лицо при совершении преступления.

Данные психологические понятия тесно связаны между собой. Исходя из определенных потребностей, человек испытывает сначала неосознанное влечение, затем -- сознательное стремление к удовлетворению потребности. На этой основе формируется цель поведения.

Таким образом, цель преступления возникает на основе преступного мотива, а вместе мотив и цель образуют ту базу, на которой рождается вина как определенная интеллектуальная и волевая деятельность субъекта, связанная с совершением преступления и протекающая в момент его совершения. Общественно опасные последствия преступления охватываются мотивами и целями только в умышленных преступлениях. В случае причинения общественно опасного последствия по неосторожности мотивы и цели поведения человека не охватывают последствий. Поэтому применительно к преступлениям, совершенным по неосторожности, нельзя говорить о преступных мотивах и целях, и законодатель не включает эти признаки в составы неосторожных преступлений.

Мотивы и цели преступления всегда конкретны и, как правило, формулируются в диспозициях норм Особенной части УК: цель наживы, цель сокрытия другого преступления, цель провокации войны или международных осложнений и т.д.; побуждения корыстные, хулиганские, кровной мести и т.д. Но в некоторых случаях законодатель дает обобщенную характеристику мотивов как низменных, так и иной личной заинтересованности. Точное содержание мотивов должно быть установлено и доказано не только тогда, когда они конкретно сформулированы законодателем, но и в тех случаях, когда их законодательная характеристика носит обобщенный характер. В последнем случае должно быть точно установлено содержание мотива и обоснован вывод, что мотив низменный либо носит характер личной заинтересованности.

Для правильной уголовно-правовой оценки большое значение имеет классификация мотивов и целей, Этому вопросу уделено определенное внимание в теоретической литературе. Некоторыми учеными мотивы и цели классифицируются по их характеру (например, ревность, месть и т.д.). Однако такая классификация, важная с точки зрения установления фактического содержания преступления, не имеет существенного уголовно-правового значения. Точно так же не оказывает заметного влияния на уголовную ответственность и классификация, основанная на признаке устойчивости (ситуативные и личностные). Наиболее практически полезной представляется классификация, базирующаяся на моральной и правовой оценке мотивов и целей. С этой точки зрения все мотивы и цели преступлений можно подразделить на две группы: низменные и лишенные низменного содержания.

К низменным следует отнести те мотивы и цели, с которыми закон связывает усиление уголовной ответственности либо в рамках Общей части УК, оценивая их как обстоятельства, отягчающие ответственность, либо в рамках Особенной части, рассматривая их в конкретных составах преступлений как квалифицируюшие признаки, а также в качестне необходимого условия уголовной ответственности.

Низменными следует признать такие мотивы, как корыстные (п. 3 ст. 39, п. "а" ст. 102 УК), хулиганские (п. "б" ст. 102 УК), кровная месть (п. "к" ст. 102 УК), связанные с выполнением потерпевшим своего служебного или общественного долга (п. "в" ст. 102 УК), национальная, расовая или религиозная вражда (ст. 74 УК) и т.п.

К низменным целям относится: цель скрыть другое преступление или облегчить его совершение (п. "е" ст. 102 УК), корыстная (ст. 124, ст. 125 УК) и т.п.

Все прочие мотивы и цели, с которыми закон не связывает субъективное основание уголовной ответственности или ее усиление, относятся к не имеющим низменного содержания.

Помимо этих двух групп мотивов и целей некоторыми криминалистами выделяется еще и группа мотивов и целей общественно полезного характера. Представляется, что ни мотив, ни цель, которые послужили психологической основой уголовно-противоправного деяния, не могут рассматриваться как общественно полезные. Поэтому классификация, исходящая из наличия двух групп мотивов и целей, всеобъемлющая.

Мотив и цель могут иметь различное уголовно-правовое значение в зависимости от того, насколько важным сочтет их законодатель в том или ином конкретном составе преступления. Как и другие факультативные признаки состава преступления, мотив и цель могут играть троякую роль.

Во-первых, они могут превращаться в обязательные признаки, если законодатель вводит их в состав конкретного преступления в качестве необходимого условия уголовной ответственности. Так, мотив корыстной или иной личной заинтересованности -- обязательный признак субъективной стороны злоупотребления властью или слчжебным положением, а цель завладения чужим имуществом -- обязательный признак разбоя.

Во-вторых, мотив и цель могут изменять квалификацию, т.е. служить признаками, при помощи которых образуется состав того же преступления с отягчающими обстоятельствами. В данном случае они не упоминаются законодателем в основном составе преступления, но с их наличием изменяется квалификация и наступает повышенная ответственность. Например, похищение человека из корыстных побуждений повышает степень общественной опасности этого преступления и рассматривается как его квалифицированный вид (ч.' 2 ст. 125 УК). Заведомо ложный донос о совершении преступления, совершенный с корыстной целью, представляет квалифицированный (ч. 2 ст. 1&0 УК) вид этого же преступления, совершенного без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 180 УК).

В-третьих, мотив и цель могут служить обстоятельствами, которые без изменения квалификации смягчают или отягчают уголовную ответственность, если они не указаны законодателем при описании основного состава преступления и не предусмотрены в качестве квалифицирующих признаков. Так, совершение преступления из корыстных или иных низменных побуждений согласно п. 3 ст. 39 УК выполняет роль отягчающего обстоятельства при назначении наказания за любое преступление. Напротив, совершение преступления по мотивам предотиращения общественно опасного посягательства, хотя и с превышением пределов необходимой обороны, признается обстоятельством, смягчающим ответственность за любое преступление (п. 6 ст. 38 УК).

Мотивы преступления могут в отдельных случаях служить исключительными смягчающими обстоятельствами и в этом качестве обосновать назначение наказания ниже пределов, установленных санкцией применяемой статьи Особенной части УК, либо лечь в основу решения об освобождении от уголовной ответственности или от наказания.

Ошибка и ее значение

С принципом субъективного вменения тесно связан вопрос об ошибке, поскольку в содержание вины входят не только истинные, но и ошибочные представления лица о характере совершаемого деяния и его социальном значении. Под ошибкой в уголовном праве понимается заблуждение лица относительно фактических обстоятельств, определяющих характер и степень общественной опасности совершаемого деяния, либо относительно юридической характеристики деяния. В зависимости от характера неправильных представлений объекта различаются юридическая и фактическая ошибки.

Юридическая ошибка представляет собой неправильную оценку виновным юридической сущности или юридических последствий совершаемого деяния. Принято различать следующие виды юридической ошибки:

а) ошибочная оценка деяния как преступного, тогда как на самом деле закон не относит его к преступлениям ("мнимое преступление"). В подобных случаях деяние не нарушает общественных отношений, охраняемых уголовным правом, и не обладает свойством общественной опасности, поэтому отсутствует уголовно-правовая вина и исключается уголовная ответственность;

б) неверная оценка совершаемого деяния как непреступного, в то время как в действительности оно является преступлением. Подобная ошибка не исключает умышленной вины, поскольку незнание закона не равнозначно отсутствию сознания общественной опасности деяния и не оправдывает лицо, совершившее это деяние;

в) неправильное представление лица о юридических последствиях совершения преступления, о его квалификации, виде и размере наказания, которое может быть назначено за совершение этого деяния. Названные обстоятельства не входят в содержание умысла, они не являются обязательным предметом сознания, поэтому их ошибочная оценка не влияет на форму вины и не исключает уголовной ответственности.

Лицо, изнасиловавшее малолетнюю, наказывается в соответствии с санкцией нормы, включающей данный квалифицирующий признак, даже если субъект ошибочно полагает, что его деяние наказывается в пределах, установленных санкцией той нормы, где описано изнасилование без отягчающих обстоятельств.

Итак, общее правило, относящееся к значению юридической ошибки, сводится к тому, что уголовная ответственность лица, заблуждающегося относительно юридических свойств и последствий совершаемого деяния, наступает в соответствии с оценкой этого деяния не субъектом, а законодателем. Иначе говоря, такая ошибка обычно не влияет ни на форму вины, ни на квалификацию преступления, ни на размер назначаемого наказания.

Фактической ошибкой называют неверное представление лица о фактических обстоятельствах, играющих роль объективных признаков состава данного преступления и определяющих характер преступления и степень его общественной опасности; В зависимости от содержания неправильных представлений, т.е. от предмета неверных восприятий и оценок, следует различать следующие виды фактической ошибки: в объекте посягательства, в характере действия или бездействия, в тяжести последствий, в рювитии причинной связи, в обстоятельствах, отягчающих ответственность. Помимо названных видов, в литературе предлагается выделять в качестве самостоятельных видов фактической ошибки и такие, как ошибка в предмете преступления, в личности потерпевшего, способе и средствах совершения преступления'. Однако вряд ли выделение таких видов фактической ошибки оправданно, поскольку они либо представляют разновидности ошибки в объекте или объективной стороне преступления, либо вообще не имеют значения для уголовной ответственности.

В российском уголовном законодательстве нет специальной нормы, но вопросы влияния фактической ошибки на квалификацию преступления разработаны теорией уголовного права.

Практическое значение имеет лишь серьезная фактическая ошибка (касающаяся юридически значимых признаков состава преступления), а не несущественное заблуждение.

Ошибка в объекте - это заблуждение лица в социальной и юридической сущности отношений, которым причиняется вред. Может иметь место подмена объекта посягательства - субъект преступления ошибочно полагает, будто посягает на один объект, а в действительности ущерб причиняется другому. Например, лицо желает приобрести алмазы, а на самом деле покупает стразы. Преступление должно квалифицироваться по направленности умысла, но, так как отношения в сфере оборота драгоценных камней фактически не потерпели ущерба, применяется юридическая фикция: фактически оконченное преступление оценивается как покушение. В нашем случае лицо должно нести ответственность за покушение на незаконный оборот драгоценных металлов и камней. Данное правило применяется только при конкретизированном умысле.

Второй вид возможной ошибки в объекте - незнание обстоятельств, которые меняют социальную и юридическую оценку объекта. Так, причинение при совершение незаконного оборота драгоценных металлов и камней крупного размера служит квалифицирующим признаком. Такая разновидность ошибки влияет на квалификацию преступления двояко: если субъект не знает о наличии этого обстоятельства, хотя оно существует, то преступление квалифицируется как совершенное без отягчающего обстоятельства. Если же ошибочно полагает, что, совершая преступление, причиняет крупный ущерб, а фактически это не имеет места, то деяние должно квалифицироваться как покушение на преступление с этим отягчающим обстоятельством.

Может иметь место и ошибка в предмете посягательства. При ошибке в предмете посягательства ущерб причиняется именно предполагаемому объекту, хотя непосредственному воздействию подвергается не намеченный преступником, а другой предмет. Например, лицо считает, что совершает незаконную сделку по купле платины, а на самом деле приобретает сплав серебра. Такая ошибка не влияет ни на форму вины, ни на квалификацию, ни на уголовную ответственность; но неверное представление о предмете посягательства иногда влечет ошибку и в объекте преступления. Допустим, виновный похищает, хранит, а затем продает синтетические камни, принимая их за природные драгоценные камни.

Ошибка в характере совершаемого действия или бещействия может быть двоякого рода.

Во-первых, лицо неправильно оценивает свои действия как общественно опасные, тогда когда они не обладают этим свойством. Такая ошибка не влияет на форму вины, а деяние остается умышленным, но ответственность наступает не за оконченное преступление, а за покушение на него, поскольку преступное намерение не было реализовано (например, приобретение испорченного пистолета, ошибочно принимаемого за исправный, составляет покушение на незаконное приобретение оружия).

Во-вторых, лицо ошибочно считает свои действия правомерными, не сознавая их общественной опасности. Такая ошибка устраняет умысел, а если деяние признается преступным только при умышленном его совершении, то исключается и уголовная ответственность. Если же деяние признается преступным и при неосторожной форме вины, то незнание его общественно опасного характера не исключает ответственности за неосторожное преступление при условии, что лицо должно было и могло сознавать общественную опасность своего действия или бездействия. # Если объективная сторона преступления характеризуется в законе с помощью таких признаков, как способ, место, обстановка или время совершения, то ошибка относительно этих признаков означает разновидность ошибки в характере совершаемого деяния. При этом квалификация преступления определяется содержанием и направленностью умысла виновного. Так, если лицо считает похищение чужого имущества тайным, не зная о том, что за его действиями наблюдают посторонние лица, оно подлежит ответственности не за грабеж, а за кражу.

Ошибка относительно общественно опасных последствий может касаться либо качественной, либо количественной характеристики этого объективного признака.

Ошибка относительно качества, т.е. характера общественно опасных последствий, может состоять в предвидении таких последствий, которые фактически не наступили, либо в непредвидении таких последствий, которые в действительности наступили. Такая ошибка исключает ответственность за умышленное причинение фактически наступивших последствий, но может влечь ответственность за их причинение по неосторожности, если таковая предусмотрена законом. Деяние, повлекшее не те последствия, которые охватывались умыслом субъекта, квалифицируется как покушение на причинение последствий, предвиденных виновным, и, кроме того, как неосторожное причинение фактически наступивших последствий. Например, неудавшаяся попытка уничтожить чужой дом путем поджога, если при этом человек, случайно оказавшийся в доме, получил менее тяжкое телесное повреждение, должна квалифицироваться как покушение на уничтожение чужого имущества при отягчаюших обстоятельствах (ч. 2 ст. 149 УК) и неосторожное причинение менее тяжкого телесного повреждения (ч. 2 ст. 114 УК).

Если деяние повлекло те же самые с точки зрения их фактического содержания последствия, что охватывались умыслом виновного, но они имеют иную законодательную оценку, то преступление должно квалифицироваться по направленности умысла. Так, кража газового пистолета, ошибочно принятого за боевое оружие, должна быть квалифицирована как покушение на кражу огнестрельного оружия. Ошибка относительно тяжести общественно опасных последствий означает заблуждение в их количественной характеристике. При этом фактически причиненные последствия могут оказаться либо более, либо менее тяжкими по сравнению с предполагаемыми.

Если ошибка в количественной характеристике последствий не выходит за рамки, установленные законодателем, то она не влияет ни на форму вины, ни на квалификацию преступления. Так, идентичной будет квалификация умышленных телесных повреждений, повлекших стойкую утрату трудоспособности как на 35, так и на 95%, а также хищение имущества как в размере 55, так и в размере 195 минимальных ставок заработной платы. Не оказывает влияния на уголовную ответственность и ошибка относительно количественной характеристики последствий в тех случаях, когда ответственность не дифференцируется в зависимости от тяжести причиненного вреда (например, от размера материального ущерба при умышленном уничтожении или повреждении имущества -- ч. 1 ст. 149 УК).

В тех случаях, когда уголовная ответственность зависит от тяжести последствий, лицо, допускающее ошибку относительно этого признака, должно нести ответственность в соответствии с направленностью умысла. Например, К., изготовив поддельные документы, пытался получить по ним от государственных предприятий некондиционные телевизоры и радиодетали на сумму 6350 руб. (в ценах 1971 года), но по причинам, не зависящим от его воли, успел похитить указанным способом имущество только на сумму 2216 руб. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР признала правильным осуждение К. за изготовление поддельных документов и за покушение на завладение государственным имуществом путем мошенничества в крупных размерах, хотя фактически причиненный ущерб не был крупным.

См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР. 1964 -- 1972 г. С. 117.

Наступление более тяжкого последствия, чем субъект имел в виду (например, смерти, не охватываемой намерением лица, стремящегося причинить лишь телесные повреждения), исключает ответственность за его умышленное причинение. Если же причинение более тямжого последствия охватывалось неосторожной виной, то наряду с отгетственностью за умышленное причинение (или попытку причинения) намеченного последствия (тяжкого телеского повретдения) наступает ответственность и за неосторожное причинение более тяжкого последствия (смерти).

Ошибка в развитии причинной связи означает неправильное понимание виновным причинно-следственной зависимости между его деянием и наступлением общественно опасных последствий. Искаженное представление об общих закономерностях причинной связи и ее развитии и образует рассматриваемый вид ошибки. Если вследствие преступных действий наступает тот преступный результат, который охватывался намерением виновного, то ошибка в причинной связи не влияет на форму вины.

Иногда ошибка в причинной связи исключает умысел, но обосновывает ответственность за неосторожное причинение последствий, если субъект должен был и мог предвидеть истинное развитие причинной связи. Так, неопытный водитель автомобиля резко тормозит на повороте дороги, покрытой щебенкой, в результате заноса машина переворачивается, пассажиры получают телесные повреждения. В данном случае виновный, не обладая достаточным опытом, не предвидел, в каком направлении будет развиваться вызванная им причинно-следственная цепочка, хотя должен был и мог это предвидеть.

В случаях, когда последствие, охватываемое умыслом, фактически наступает, но является результатом не тех действий, которыми виновный намеревался их причинить, а других его действий, ошибка в развитии причинной связи влечет изменение квалификации деяния.

У. и Л. с целью кражи проникли в дом, но, обнаружив там престарелого Ю. и стремясь избавиться от свидетеля, нанесли ему два ножевых удар'а в область сердца. Похитив ценные вощи, они положгли дом, где оставался Ю., которого преступники считали уже мертвым. Но оказалось, Ю. был лишь тяжело ранен и погиб только при пожаре. Ошибка У. и Л. относительно причины смерти Ю. породила совокупность двух преступлений против личности: покушения на убийство с целью скрыть другое преступление и неосторожного лишения жизни. Это деяние было бы неправильно квалифицировать только как умышленное убийство, так как действительное развитие причинной связи здесь не совпадает с предполагаемым и смерть не является результатом ножевых ранений.

Юридическое значение формы вины многообразно: форма вины является субъективной границей, отделяющей преступное поведение от непреступного; форма вины определяет квалификацию преступления, если законодатель дифференцирует уголовную ответственность за совершение общественно опасных деяний, сходных по объективным признакам, но различающихся по форме вины; это один из критериев индивидуализации уголовной ответственности и наказания за преступления, которые могут совершаться как с умышленной, так и с неосторожной формой вины.

Нормативныый материал: 1. УК РФ ст.ст. 3, 8, 9, 15, 17.

Литература:

1. Волков В.С. Мотивы преступлений. Казань.1982. 2. Дагель П.С. Неосторожность. Уголовно-правовые и криминологи

ческие проблемы.М.,1977. 3. Дагель П.С., Котов Д.П. Субьектвиная сторона преступления и ее

установление, Воронеж, 1974. 4. Джекебаев У.С., Рахимов Т.Г. , Судакова Р.Н. Мотивация прес

тупления и уголовная ответственность, А-Ата, 1987. 5. Злобин Г.А., Никифоров Б.С. Умысел и его формы, М., 1972. 6. Рарог А.И. Общая теория вины в уголовном праве, М., 1980. 7. Рарог А.И. Вина в советском уголовном праве. Саратов .1987.