Похожие рефераты Скачать .docx  

Реферат: Социология города

О.Яницкий

1. Введение

Социология города - привычное название области знания, которая в действительности охватывает гораздо более принципиальную по значению и широте проблематику: процесс урбанизации. Имея своим предметом формирование и распространение городских отношений и городского образа жизни во всем обществе, социология города по существу занималась изучением процессов модернизации в СССР и России.

Развитие этой дисциплины в советский период серьезно зависело от ключевых доктрин коммунистической идеологии - преодоления противоположности между городом и деревней, эмансипации женщины, строительства коммунистического быта и организации коммунистического расселения. С этой идеологией была тесно связана урбанистическая политика, поскольку начиная с Т. Мора и Т. Кампанеллы существовала устойчивая традиция воплощения коммунистических идей в форме <идеальных поселений>, принципы социальной и функциональной организации которых затем должны были реализовываться в градостроительной политике.

Поэтому, когда отечественная социология города сформировалась в середине 60-х гг как самостоятельная дисциплина, она находилась под тройным прессом' стереотипов истмата, не менее жестких доктрин <социалистического расселения> и реальных потребностей жизни, связанных с массовым жилищным и гражданским строительством и становлением городских форм жизненного уклада.

Тем не менее процессы институционализации дисциплины шли весьма интенсивно начиная с конца 60-х гг., но с характерными <векторами>: от прикладных исследований к теориям среднего уровня, от общественных организаций -к ведомственным институтам, от столичных исследовательских ячеек - к периферийным. В 1966 г. в Советской социологической ассоциации был создан Исследовательский комитет социальных проблем градостроительства (председатель - О.Н. Яницкий), который действовал в течение 25 лет. Уже на VII социологическом конгрессе МСА (г. Варна, Болгария, 1970) Комитет представил 7 докладов для обсуждения. На том же конгрессе при активном участии советских социологов был создан новый Исследовательский комитет МСА: городского и регионального развития. Комитет издает свой международный журнал, где российские социологи неоднократно публиковались и входили в состав редколлегии [75]. В 1969 г. в Институте международного рабочего движения, а затем и некоторых других институтах АН СССР были созданы сектора социологии города. С начала 70-х гг. в институтах Академии строительства и архитектуры СССР, ведомственных проектных институтах почти повсеместно были созданы подразделения, занимающиеся прикладными градо-социологическими исследованиями. С середины 70-х гг. в Москве, Ленинграде, Таллинне, Минске стали читаться спецкурсы по социологии города, главным образом на вечерних отделениях и курсах повышения квалификации. За период 1969 - 1989 гг., по моим подсчетам, в стране было издано более 150 монографий и сборников по урбансоциологии, а с учетом ведомственных изданий и междисциплинарных работ - более 300, в том числе несколько библиографических справочников и обзоров. С началом перестройки прикладные исследования стали вести главным образом негосударственные организации (Академия городской среды, Центр урбанистики, Институт города и др.). Академическая социология, напротив, практически перестала интересоваться проблемами урбанизации.

2. Предыстория формирования дисциплины

Интеллектуальная предыстория социологии города чрезвычайно поучительна. Ее предпосылкой было развитие капитализма в России на рубеже веков, сопровождавшееся бурным ростом больших городов. В марксистской и либеральной литературе этот процесс трактовался различно. Работу В.И. Ленина <Развитие капитализма в России> правомерно считать одной из первых попыток марксистского анализа капиталистической урбанизации. Ленину принадлежит и тезис о ведущей социально-политической роли больших городов в процессах революционных преобразований, а также указание на роль массовой газеты в процессах урбанизации деревни [32, т. 1; т 42, с 15].

В среде либеральной интеллигенции более популярны были работы М Вебера, К. Бюхера, Г. Зиммеля и других немецких социологов и историков, систематически анализировавших экономическое, политическое и духовное значение больших городов [10, 12, 13] Для развития концепции российской урбанизации принципиальное значение имела работа А Вебера, показавшего, что <быстрый рост городов и естественен, и необходим, так как никакая промышленная организация невозможна без существования промышленных центров> Методологически был важен его тезис о том, что преодоление негативных тенденций городской жизни возможно лишь на ее собственной основе [12, с. 22, 449]

Либеральная, точнее, либерально-социалистическая мысль тех лет была также озабочена разработкой модели <идеального города>. На рубеже веков в Европе, включая Россию, возникло общественное движение за создание <городов-садов>. Идейно-теоретические предпосылки подобного соединения преимуществ города и деревни разработал английский экономист и социолог Э. Говард, книга которого была тут же переведена на русский язык. В 1916 г. вышла в свет монография П.Г. Мижуева [34], представляющая собой оценку опыта создания подобных поселений в Англии и рекомендации по его использованию в России Это был первый известный нам опыт <включенного наблюдения>, дополненный интервью, архивными изысканиями и анализом документов этого социального движения. Работа Мижуева интересна как одна из ранних попыток осмысления <пригородного> образа жизни, особенно его компенсаторной роли по отношению к жесткому, отчужденному укладу жизни в промышленных центрах.

Интересно, что, придя к власти, большевики также взяли на вооружение идею <города-сада>. <Комиссариат городского хозяйства, - говорилось в одном из документов Петросовета 1919 г., - вступил на путь воссоздания будущего Петрограда, причем руководящей мыслью является стремление приблизить столицу к идеальному типу "города-сада"> [Цит. По: 72, с 22]. Как мы увидим дальше, эта идея достаточно органично легла в основу принципов социалистической реконструкции городов страны не в последнюю очередь потому, что соответствовала взглядам российских революционных демократов, трактовавших общину в качестве базовой социальной ячейки российского общества

Нельзя не отметить еще один план рассматриваемой предыстории культурологический Большевики, а затем и краеведы-культурологи (Н.П.Анциферов [2], И.М.Гревс) не приняли ни шпенглеровской идеи о паразитической сущности больших городов, ни технократической утопии Г.Уэллса о <распылении городов> <Мы - дети городской культуры>, - утверждал Анциферов Подчеркивая значение больших городов как хранителей и трансляторов культуры, он вместе с тем первым отметил значимость обратного процесса - проникновения сельского уклада в города, рурализации городской культуры [2, с. 9-10, 141].

Наконец, в сугубо практическом аспекте важно, что пред- и послереволюционная мысль российских исследователей урбанизации широко питалась земской статистикой[1] [23]. Земство как негосударственная социальная организация, костяк которой состоял из городской интеллигенции, начиная с 80-х гг. прошлого века стало использовать метод <изустных опросов>, осуществлявшихся на сельских сходах, а затем и повсеместно. Среди земских статистиков было много бывших членов <Народной Воли>, хорошо знакомых с бытом русской провинции. Поэтому они были не только <культурниками>, переносчиками городской культуры в деревню, но и одной из первых профессиональных социологических групп, в частности потому, что их работа представляла собой бесконечную цепь межличностных контактов с самыми различными слоями российской глубинки. Анкеты, разработанные российскими статистиками, не многим отличались от знаменитых американских цензов. Заметим, что и тогда, как и почти сто лет спустя, всякие расспросы, особенно о земле, считались опасными, а социологические опросы предпочитали именовать санитарно-гигиеническими обследованиями.

3. Дискуссия о социалистическом городе 30-х годов

В 20-х гг. страна приступила к осуществлению программ индустриализации и коллективизации. В 1929 г. был утвержден первый пятилетний план развития народного хозяйства страны. Пришло время практического определения принципов урбанистической политики. Неудивительно, что именно в том году разгорелась дискуссия о социалистическом расселении. Это была уникальная дискуссия, возможно, единственная действительно публичная дискуссия за все годы советской власти. Начавшаяся в стенах Коммунистической академии, она очень быстро вышла за ее рамки на страницы профессиональной и партийной печати. Все понимали: речь идет не только о городе, но и о конкретном облике строящегося общества и нового человека. Вот почему в ней приняли участие партийные и государственные деятели, ученые и писатели, архитекторы и организаторы производства (А.В.Луначарский. Г.М.Кржижановский, Н.К.Крупская, Н.А.Семашко, Н.А.Милютин и многие другие). Дискуссия была открыта и для зарубежных урбанистов [22, 72].

Хотя дискуссия велась между <урбанистами> (Л.Сабсович [45]), т.е. сторонниками крупных городов, и <дезурбанистами> (М.Охитович [36]), призывавшими к их разукрупнению, максимально равномерному расселению, те и другие стояли на технократических позициях в духе инженерно-социологических утопий А.Гастева. Оппоненты трактовали систему расселения не как социальный организм, имеющий внутренние закономерности развития, но как некую конструкцию, <машину>, которую можно спроектировать и воплотить в жизнь вплоть до мельчайших деталей организации производства и быта. Технократизм их методологии (которая продолжает жить и сегодня) состоял в том, что социальная жизнь города всецело детерминировалась проектно-строительной индустрией. <Новый способ стройпроизводства, - утверждал М.Охитович, - покончит и с бытом, с укладом жизни вообще> [36, с. 15].

Существенная черта урбанистического технократизма - максимализм. Каждый предлагал <максимально> укрупнить (разукрупнить), приблизить (удалить), <максимально охватить> весь бытовой процесс, <раз и навсегда> установить и т.д. Внутренняя динамика, трансформации и взаимопереходы исключались. Это был гимн Организации и Управлению: городская жизнь уподоблялась конвейеру, без всякого намека на самоорганизацию.

<Урбанисты> и <дезурбанисты> трактовали расселение людей, их быт и культуру как функцию производственных процессов (<поточное расселение> - характерный термин и принцип градостроительства тех лет). М.Охитович и другие полагали, что новый человек будет стремиться <жить там, где работает>. Если отбросить крайности типа <дом - машина для жилья>, то даже те, кто признавал необходимость индивидуального жилища, видели в нем не форму семейной самоорганизации, а лишь воплощение гигиенической нормы <социалистической> организации быта.

Обуреваемые технократической утопией, многие участники дискуссии совершенно отрицали ценность исторически сложившейся социальной ткани городов. Идея <города-сада> была доведена ими до абсурда: <Мы оставим и тщательно сохраним наиболее характерные куски старой Москвы: Кремля, кусочки дворянской Москвы с улочками и особняками Арбата и Поварской, кусочками купеческого Зарядья... и пролетарской Красной Пресни. Все остальное мы должны упорно превращать в грандиозный парк...> [Цит. по: 72, с. 29].

Коль скоро подход к городу был чисто <объектный>, а созидания, постепенного выращивания его социальной среды не предусматривалось (полагали, что темпы развития СССР будут столь высокими, что через 10-15 лет надо будет все заново перестраивать), постольку в этих утопиях не было и проблемы социального времени (адаптации, обживания, самоорганизации), впрочем, как и времени природного Обе оппонирующие стороны исходили из предпосылки, что социальные сообщества городов будут просто следовать за развитием индустриальных систем и новых технологий.

В схватках <правых> и <левых> радикалов А.Луначарскому, Н.Крупской и другим гуманитариям непросто было отстаивать право индивида и семьи на автономию, на индивидуальный уклад жизни. Понимали их социальную значимость и те немногие участники дискуссии, которые стояли ближе к практическим нуждам реконструкции городов: <Не только общественное действие, но и сосредоточенное размышление, не только живые люди сегодняшнего дня, но и книги, опыт предыдущих поколений. Не только многообразное воздействие социальной действительности, но и отсутствие внешних раздражителей. Все это должно дать жилище> [Цит. по 72, с. 31].

Постановление ЦК ВКП(б) <О работе по перестройке быта> (1930) и резолюция его Пленума <О московском городском хозяйстве и развитии городского хозяйства СССР> (1931) внесли элемент отрезвления в дискуссию, но одновременно почти на 30 лет прервали развитие социально-урбанистической мысли. Ход дискуссии на основе архивных изысканий детально прослежен историком В.Э.Хазановой [57].

4. Исследования после 1960 года

Массовое жилищное строительство, начавшееся в 60-х гг., проектирование сотен новых городов и поселков на Севере, в Сибири и на Дальнем Востоке на фоне некоторой либерализации политического режима стимулировали прикладные исследования, направленные на обслуживание жилищной и градостроительной политики. В 1958-1962 гг. были сделаны первые попытки использования бюджетов времени для решения отдельных урбанистических проблем - определения планировочной структуры городов, расчета и размещения учреждений обслуживания и др. [3] Систематические исследования города велись Ленинградским зональным институтом типового и экспериментального проектирования, Ленинградской кафедрой философии АН СССР, позже - Институтом социально-экономических проблем АН СССР, десятками ведомственных проектных институтов. Основные усилия были сосредоточены на разработке планов социального развития городов [1, 11, 17, 33, 39, 41].

В результате уже первых эмпирических исследований Г.Д.Платонов пришел к ошеломляющему (тогда!) выводу, что от момента вступления в брак и до глубокой старости структура требований семьи к жилищу, его местоположению в городе меняется по крайней мере 6-7 раз [38]. Расчетом динамики семьи занимались А.В.Баранов, В.Л.Ружже, Г.С.Антипина, анализом структуры бюджетов времени населения городов - М.В.Тимяшевская, вопросами развития социальной активности населения по месту жительства - Л.Б.Коган, М.А.Сычева. О.Н.Яницкий в 1965 г. через газету <Неделя> провел опрос общественного мнения населения 30 городов об организации общественного обслуживания [46]. А.В.Баранов и Ж.А.Зайончковская предприняли серию полевых работ, посвященных формированию социальной структуры новых городов, проблемам приживаемости новоселов, адаптации к городскому образу жизни [9, 21, 76]. В 1969 г. после почти сорокалетнего перерыва состоялось первое всесоюзное совещание по социальным проблемам жилища [46].

К сожалению, значение этих и многих других пионерных работ снижалось, блокировалось государственной проектно-индустриальной системой, в которую были встроены эти исследовательские ячейки. Во-первых, административно-бюрократическая система допускала лишь опосредованную форму связи социологов с социальной практикой (через создание нормативных документов; разработка планов социального развития городов была еще впереди). Система требовала чрезвычайно укрупненных, агрегированных социальных показателей, позволяющих создавать <типовые решения> от Калининграда до Камчатки. Тем самым практически выхолащивалась самая суть социологического метода. В конечном счете, господство названной системы над исследователем привело к формированию <служебной> социологии, призванной <научно подкреплять> уже принятые градостроительные решения.

В этот же период быстро возрождается и урбанфутурология, начинается новая волна социологических утопий. Архитектор Г.Градов публикует монографию, реанимирующую идеи <коллективного расселения> 20-30 гг. Без опоры на эмпирические данные, основываясь только на теоретических выкладках классиков марксизма, социалистов-утопистов и их российских последователей, а также на <прожектах> домов-коммун тех лет. автор развивает идеи обобществления быта, раздельного расселения детей и взрослых, то есть снова ставит под вопрос существование семьи. Градов предложил жестко дифференцировать социальную ткань города по иерархическому признаку (так называемая ступенчатая система обслуживания), положив в ее основу <первичную жилую группу>, то есть <коллектив людей, знакомых друг с другом> [18]. Мы подробно останавливаемся на этой доктрине, поскольку она, будучи положена в основу государственных проектных нормативов, стала директивной для процессов градоформирования на всей территории страны.

Социолог Г.Г.Дюментон совместно с молодыми урбанистами создали НЭР (новый элемент расселения) - модель коммунистического расселения в масштабе региона. НЭР представляет пространственную интерпретацию структуры и динамики основных форм общения, исходя из марксовой модели коммунистического общества. Это была еще одна попытка создать унифицированную схему городской организации, сконструированную, правда, с учетом некоторых реалий городской жизни [8].

Развертывание прикладных исследований обнаружило потребность в концепции, интерпретирующей развитие городов в связи с общесоциальными процессами (индустриализации, модернизации). Еще в 1964 г. Л.Коган и В.Локтев, выделяя такие социологические аспекты моделирования городов, как историко-генетический и структурно-функциональный, подчеркивали значимость анализа города в качестве элемента динамической системы <городской организм - внешняя среда> [29, с. 137]. О.Пчелинцев выступил против господствующих в науке и политике доктрин <равномерного расселения> и <оптимального города>. В больших городах одновременно снижаются издержки производства и растет производительность труда, а перспективой их развития является формирование обширных зон интенсивного освоения - урбанизированных районов [42, 43].

В конце 60-х гг. А.С.Ахиезер, Л.Б.Коган и О.Н.Яницкий выдвинули концепцию урбанизации <как всемирно-исторического процесса развития концентрации, интенсификации общения, как процесса интеграции все более разнообразных форм практической жизнедеятельности> [7, с. 44]. Тем самым была преодолена плоско технократическая трактовка урбанизации, ее сведение к той или иной форме расселения, утвержден социально-исторический метод анализа данного феномена.

Ключевые моменты концепции урбанизации: 1) выявление ее двуединого механизма - как предпосылки и следствия процессов социального взаимодействия, в результате которых воспроизводится, усиливается различие между городом и деревней, центром и периферией, крупными и малыми городами и одновременно происходит проникновение городских отношений в деревню, во все типы поселений; 2) различение индустриальной и социально-информационной фаз современной урбанизации - первичной, т.е. концентрации в городах масс сельского населения, и зрелой, связанной с формированием города как специфического социального организма, <производящего> и распространяющего стереотипы городской жизни во всем обществе; 3) преодоление <точечной> (городской) формы, интенсивное формирование урбанизированных регионов, являющихся конкретной формой снятия различий города и деревни [5, 7, 26, 43, 47, 54].

В процессе урбанизации кристаллизуется городской образ жизни с особой структурой общения, спецификой развития личности, семейных отношений и т.д. Важнейшим его признаком, по Л.Б.Когану, является мобильность, стимулируемая потребностью в интенсификации и разнообразии общения, в обновлении профессиональной и общекультурной информации. Мобильность проявляется как готовность к смене социальной среды и пространственной локализации социальной активности, в повышенной территориальной подвижности и миграционных процессах. Городской образ жизни отмечен повышением роли социально-профессионального общения, взаимного культурного обогащения индивидов и групп, что вызывает тенденцию к дифференциации последних по типу интереса, общности вида деятельности. Происходит взаимопроникновение семейной и внесемейной, профессиональной и общекультурной сфер жизни. Урбанизация ведет к преодолению <локального> типа культуры, падению роли соседских контактов [26, 27, 28]. Эмпирические исследования подтвердили положение теории урбанизации о том, что с увеличением культурного, социально-информационного потенциала городов эти факторы становятся одним из серьезных стимулов дальнейшей урбанизации [27, с. 103; 35].

Анализ урбанизации и роли городов в процессах социальных изменений общества привел социологов к идее воспроизводственной роли городской среды. Так, О.Н.Яницкий показал, что: ее функция заключается в формировании и селекции наиболее рациональных и эффективных форм общения; в выполнении роли канала массовой коммуникации, кристаллизующего и распространяющего нормы городской жизни; ее функция состоит также в накоплении специальной и общекультурной информации и посредничестве между их потоками; процессы институциональной организации этой среды сопровождаются ее структурированием на личностном уровне. Диалог с <бесконечной> в целом культурой сочетается в городе со вполне конечными, дискретными <контейнерами> и генераторами информации, основу которых составляют малые группы [67, с. 71-73; 74].

А.В.Кочетков ввел понятие социально-доступного разнообразия городской среды, отметил роль групповых систем расселения как средства преодоления культурной замкнутости монофункциональных городов, продемонстрировал зависимость эффективности общественного производства от степени дифференциации-интеграции этой среды [54, с. 121-125]. Л.Б.Коган эмпирически подтвердил падение роли соседства в среде урбанизированных регионов, отметил возрастающую роль жилища как места социальной коммуникации [28]. В.О.Рукавишников предложил оценивать качество городской среды через степень удовлетворения ею потребностей горожанина [44]. В.В.Трушков на материалах обширных исследований в Западной Сибири пришел к выводу, что в условиях социализма стирание различий между городом и деревней наиболее интенсивно идет в пригородах, отметил растущую привлекательность последних как места постоянного жительства [49|. А.Д.Хлопин, опираясь на работы американских социологов, ввел в оборот советской социологии понятие личности на рубеже культур, указал на длительность и стадиальность процесса интернализации мигрантом из села элементов городской культуры, в результате которого происходит полная ресоциализация личности; показал принципиальную возможность одновременного существования мигранта в двух социальных средах - городской и сельской [59, 60].

В 1974 г. ленинградскими социологами был поставлен вопрос о необходимости разработки критериев определения качества городской среды [64]. Одномоментного решения проблемы найти не удалось, но прошедшая дискуссия стимулировала работу социологов в двух направлениях: междисциплинарных исследованиях города и разработки планов социального развития.

Итоги двадцатилетней работы социологов города (1965-1985) оказались достаточно внушительными благодаря интенсивной ретрансляции достижений западной социологии и их адаптации к российским условиям. Наибольший вклад в этот интеграционный процесс внесли М.П.Березин, Н.В.Новиков, В.О.Рукавишников, Е.С.Шомина, А.Д.Хлопин, О.Н.Яницкий [14, 44, 47, 48, 59, 60, 63, 65, 70], эстонские социологи Т.Нийт, М.Павельсон, М.Хейдметс [15, 30].

5. 80- 90-е годы: углубление достигнутого и новые перспективы

С начала 80-х гг., наряду с Москвой, центрами урбансоциологических исследований становятся Ленинград, Таллин и Новосибирск. Ленинградцы А.В.Баранов, А.В.Дмитриев, М.Н.Межевич, О.И.Шкаратан сконцентрировали свое внимание на взаимодействии внешних и внутренних факторов развития городов, прежде всего крупных [17]. М.Н.Межевич, двигаясь в русле марксистской традиции, выделил в этом развитии всеобщее (экологический аспект) и специфическое (социальный аспект), ввел понятие <общности по поселению> как социально-территориального образования, присущего социалистическому обществу. В противовес теоретикам 30-х гг., Межевич трактовал локальные общности как проявление всей совокупности общественных отношений [33, с. 141]. На основе изложенных принципов ленинградские социологи сосредоточили свои усилия на определении предметной области, целей и показателей социального развития городов [9, И, 17]. Обобщая десятилетний опыт разработки планов их социального развития, эти авторы развивали теорию социального управления городом, начиная от управления трудовыми ресурсами и до целенаправленного изменения образа жизни горожан. Было введено понятие программно-целевого подхода к управлению городом [17]. Таким образом, снова город выступал прежде всего как объект (регулирования, управления), а не как субъект самоорганизации (характерный термин: <предплановые исследования> [17, с. 168]).

Исследования эстонских социологов имели иную направленность. В. Пароль, опираясь на демографические и географические изыскания, выделил этапы социалистической урбанизации, специфику структуры и занятости городского населения регионов ЭстССР [37]. Наиболее плодотворным, с нашей точки зрения, явился производственно-воспроизводственный подход к анализу городских процессов, развитый Х.Аасмяэ, К.Катус, Д.Михайловым, Р.Нооркыйв, М.Павельсон, Т.Ярве [14, 15]. Его сущность заключена в одновременном понимании города как средоточия социальных организаций производства и социально-территориальных общностей, воспроизводящих человеческие ресурсы для первых [14, с 17] Типы взаимоотношений этих двух коллективных социальных субъектов стали фокусом исследовательского интереса Р Нооркыйв и А Кескмайк выделили 5 типов производственных организаций <флагманы>, <средние>, <слабые>, <паразиты> (по отношению к общностям обоих типов) и <аутсайдеры>, не способные конкурировать за трудовые ресурсы и доступ к благам города [15, с 98-100][2] [24]

А.С.Ахиезер на основе многолетних исследований исторического развития России выявил специфические черты ее урбанизации формирование не столько на основе товарно-денежных отношений, сколько посредством принудительной перекачки государством ресурсов из деревни, сопровождавшейся переносом в город элементов натурального хозяйства, институциональную необеспеченность двуединого механизма урбанизации, что привело к банкротству идеи <смычки города и деревни> в советское время, слому этого механизма и в итоге - к феномену псевдоурбанизации [5] Ахиезеру принадлежит также идея о диалогическом характере социального развития города [4].

Методы прогнозного социального проектирования, разрабатываемые в 1985- 1995 гг. Т.М.Дридзе, успешно применялись ею к анализу социальных оснований городского устройства На этой базе были предложены меры по совершенствованию городского управления, разработан дифференцированный подход к изучению влияния особенностей местной среды на образ и качество жизни городских сообществ Были также созданы и опробованы комплексные социально-диагностические технологии, методы социальной экспертизы градостроительных проектов и программ [19, 20, 40].

Продолжались комплексные исследования урбанизации в СССР прежде всего в Сибири, представляющие собой совокупность исторического, экономического, демографического и собственно социологического анализа и базирующиеся на материалах архивов и местной прессы Акцент был сделан на преемственности исторического развития сибирских городов [55]. На материалах исследования в десяти городах страны Л.Б.Коган установил, что социальное развитие города представляет собой наращивание интеграционного потенциала городской среды и сопровождается систематической перестройкой социально-функциональной структуры города по критерию <центральности> новые районы повторяют в своем социальном развитии фазы формирования сложившихся центров, дефицит <центральности> порождает в новых районах различные формы отклоняющегося поведения [24].

В ходе реформ последнего десятилетия произошли постепенное снижение интереса исследователей к теории урбанизации, сдвиг к публицистике, общая политизация дисциплины. Постепенно выявились новые направления эмпирического анализа городская политика, гражданские инициативы и городские социальные движения, социальная дифференциация и сегрегация городского пространства.

Городская социальная политика возникла как ответ на безуспешные попытки централизованно управлять процессами градообразования В.Л Глазычев, Л.Б Коган так сформулировали ее задачи определение интересов городских сообществ и <групп интереса>, выявление фаз естественной социальной динамики и механизмов самоорганизации города, типов его конфликтов с государством, с одной стороны, и с регионом - с другой. Важной задачей было также не допустить истощения культурного потенциала больших городов, найти пути выживания монофункциональных (<закрытых>) городов, лишенных государственной протекции, научить новые кадры местной администрации социальному мышлению [16, 24, 25, 27]. Гражданские инициативы в городах, как показал Яницкий, были подготовительным этапом и каналом реализации перестройки <снизу>. Эмпирически им были выявлены такие их типы: защитный (протестный), поисковый (социальный эксперимент, альтернативные формы социальной организации), рутинный (поддержание местных очагов самодеятельности), катализирующий (социальный <импульс> из столиц, направленный на создание подобных очагов самоорганизации на местах). Были также определены фазы развития данной формы прямой демократии: информационная (право знать), стимулирующая, дискуссионная, участие в принятии решений [66]. Впервые в российской социологии была дана типология основных видов ресурсов этих инициатив (О.Н.Яницкий [68, 69]).

В России, естественно, особое значение приобрели жилищные инициативы и движения. Соответственно возрос интерес к истории вопроса, <жилищному переделу> 20-х гг. (А.И.Черных [58]). Еще в 80-хгг. существовало движение молодежных жилых кооперативов; местные экологические группы протеста и комитеты общественного самоуправления также впоследствии трансформировались в подобные инициативы. Структура современного жилищного движения иерархична: на локальном уровне - это жилищные товарищества и комитеты самоуправления, на районном - территориальные ассоциации местных ячеек, на городском - общественный совет по жилищной политике (обычно при городской Думе), представляющий интересы жилищных организаций, риэлторских фирм и местной власти (Е.С.Шомина [62]).

Коллектив социологов Санкт-Петербурга (руководитель Б.М.Фирсов) впервые ввел и дал эмпирическую интерпретацию понятия качества населения в условиях радикальных российских перемен [56]. И.И.Травин исследовал историке -культурные аспекты воздействия армии на городскую среду [50]. Значительный вклад в изучение динамики социальной структуры города внесла О.Е.Трущенко. Опираясь на концепции символического капитала П. Бурдье и престижного адреса М.Пенсона и М.Пенсон-Шарло, она детально проанализировала на примере Москвы процессы ее территориальной дифференциации и социальной сегрегации [51].

Сильно изменился и характер работы урбансоциологов. Сегодня они не только аналитики, но и участники социально-политических процессов в городской среде (эксперты, советники и др.). Вместе с тем произошла резкая политизация и экономизация дисциплины, поскольку без знания современных политических структур и экономических процессов социальные задачи просто не решаются.

Заключая, выскажу предположение, что кризисная динамика и острые конфликты в городах в скором времени вызовут новую волну интереса к их социальным проблемам.

Список литературы

1. Аитов Н.А. Социальное развитие городов: сущность и перспективы. М.: Знание, 1979.

2. Анциферов Н.П. Пути изучения города как социального организма. Опыт комплексного подхода. Л.: Сеятель, 1926.

3. Артемов В.А., Болгов В.И., Вольская О.В., Колобов Л.С., Пусеп А.Г., Сидляренко А.И., Яницкий О.Н. Статистика бюджетов времени трудящихся. М.: Статистика, 1967.

4. Ахиезер А. С. Город и диалог // Культурный диалог города во времени и пространстве исторического развития. М.: Мир культуры, 1996.

5. Ахиезер А.С. Методология анализа города как фокуса урбанизационного процесса // Земство. Архив провинциальной истории России. 1994, № 2.

6. Ахиезер А.С. Социальное воспроизводство и город // Общественное воспроизводство: экологические проблемы / Отв. ред. А.С.Ахиезер. М.: ИМРД АН СССР, 1991.

7. Ахиезер А.С., Коган Л.Б., Яницкий О.Н. Урбанизация, общество и научно-техническая революция // Вопросы философии. 1969, № 2.

8 Бабуров А., Гутнов А., Дюментон Г., Лежава И., Садовский С., Харитонова З. Новый элемент расселения. На пути к новому городу. М.: Стройиздат, 1966.

9. Баранов А.В. Социально-демографическое развитие крупного города. М.: Финансы и статистика. 1981.

10. Большие города, их общественное, политическое и экономическое значение / Авт.: К Бюхер, Г Майер, Г.Зиммель и др. СПб.: Просвещение, 1905.

11. Борщевский М.В, Успенский С.В., Шкаратан О.И. Город. Методологические проблемы комплексного социального и экономического планирования. М.: Наука, 1975.

12. Вебер А. Рост городов в XIX столетии. Пер. с англ. СПб.: Кускова, 1903.

13. Вебер М. Город. Пер. с нем. Б.Н.Попова. Пг.: Наука и школа, 1923.

14. Воспроизводственные механизмы крупного города в условиях интенсификации регионального развития // Под ред. М.Павельсон и др. Т. I и II. Таллин: Таллинский педагогический институт, 1986.

15. Воспроизводственные процессы города // Под ред. М.Павельсон и К.Катуса. Таллин: Валгус, 1986.

16. Глазычев В.Л. Москва: среди призраков городской среды //Мир России. 1994, № 1

17. Город: проблемы социального развития // Под ред. А.В.Дмитриева и М.Н.Межевича. Л.: Наука, 1982.

18. Градов Г.А. Город и быт. Перспективы развития системы и типов общественных зданий. М.: Стройиздат, 1968.

19. Дридзе Т.М. Мы строим город - для кого: для ведомств или для людей? // Прогнозное проектирование и социальная диагностика / Отв. ред. Т.М.Дридзе. М.: ИСАН СССР, 1991.

20. Дридзе Т.М. Коммуникативные механизмы культуры и прогнозно-проектный подход к выработке стратегии развития городской среды // Город как социокультурное явление исторического процесса. / Отв. ред. Э.В.Сайко. М.: Институт социологии РАН, 1995.

21. Зайончковская Ж.А. Новоселы в городах (методы изучения приживаемости населения). М.: Статистика, 1972.

22. К проблеме строительства социалистического города. М.: Плановое хозяйство, 1930.

23. Коган Л.Б. Быть горожанами. М.: Мысль, 1990.

24. Коган Л Б. Демократия без городов? Сборник статей. Новосибирск: Полис, 1993.

25. Коган Л.Б. Требуются горожане! Сборник статей. М.: Грааль, 1996.

26. Коган Л.Б. Урбанизация // Философская энциклопедия / Гл. ред. Ф.В.Константинов. М.: Советская энциклопедия. Т. 5, 1970.

27 Коган Л.Б. Урбанизация и некоторые вопросы городской культуры // Урбанизация, научно-техническая революция и рабочий класс / Отв. ред. О.Н.Яницкий. М : Наука, 1972.

28 Коган Л.Б. Урбанизация - общение - микрорайон // Архитектура СССР. 1967 № 4.

29. Коган Л.Б., Локтев В.И. Некоторые социологические аспекты моделирования городов // Вопросы философии. 1964, № 9.

30. Круусвалл Ю., Хейдметс М. О путях повышения социальной эффективности городской среды // Воспроизводственные процессы города / Под ред. М.Павельсон, К.Катуса. Таллин: Валгус, 1986.

31 Куцее Г.Ф. Новые города (Социологический очерк на материалах Сибири). М.: Мысль, 1982.

32. Ленин В.И. Поли. собр. соч.

33. Межевич М.Н. Социальное развитие и город. Философские и социологические аспекты. Л.: Наука. 1979.

34. Мижуев П.Г. Сады-города и жилищный вопрос в Англии. Пг.: Новое Время, 1916.

35. Орлова Э.А. Современная городская культура и человек. М.: Наука, 1987.

36. Охитович М. Заметки по теории расселения // Современная архитектура. 1930, № 1-2.

37. Пароль В. Социалистический город: урбанизационный процесс и образ жизни горожан. Таллинн: Валгус, 1982.

38. Платонов Г.Д. Демография и проблемы жилища // Строительство и архитектура Ленинграда. 1967, № 4.

39. Проблемы комплексного управления городской средой / Редкол.: А.Я.Хорхот и др. Львов: Минвуз СССР, 1979.

40. Прогнозное социальное проектирование и город / Ред. Т.М. Дридзе. Кн. I-IV. М.: Институт социологии РАН, 1994-1995.

41. Проблемы планирования комплексного экономического социального развития городов / Научи, ред. А.Е.Железко, Р.В.Гребенников. Минск: НИИЭ и ЭММП Госплана БССР, 1980.

42. Пчелинцев О. С. Проблемы развития больших городов // Социология в СССР. Т. 2. / Ред.-состав. Г.В.Осипов. М.:Мысль, 1966.

43. Пчелинцев О. С. Урбанизация, региональное развитие и научно-техническая революция // Экономика и математические методы, 1978. Т. 14. Вып. 1.

44. Рукавишников В.О. Население города: (Социальный состав, расселение, оценка городской среды). М.: Статистика, 1980.

45. Сабсович Л.М. Города будущего и организация социалистического быта. М.: Гостехниздат, 1929.

46. Социальные проблемы жилища / Научи, ред. А.Г.Харчев и др. Л., 1969.

47. Социологические исследования города. Информ. бюллетень № 16 / Отв. ред. О.Н.Яницкий. М.: Советская социол. ассоциация, 1969.

48. Социологические проблемы польского города. Пер. с польск. Вступительная статья Н.В.Новикова и О.Н.Яницкого/Ред. В.М Леонтьев. М.: Прогресс, 1966.

49. Трушков В.В. Население города и пригорода. М.: Финансы и статистика, 1983.

50. Травин И.И. Армия и город. Опыт социокультурного анализа // Мир России. 1994, № 1.

51. Трущенко О.Е. Престиж центра. Городская социальная сегрегация в Москве. М.: Socio-Logos, 1995.

52. Урбанизация и рабочий класс в условиях научно-технической революции / Отв. ред. О.Н.Яницкий. М.: Советский фонд мира, 1970.

53. Урбанизация и расселение трудящихся в условиях капитализма / Отв. ред. О.Н.Яницкий. Ред.-составитель А.Д.Хлопин. М.: ИМРД АН СССР, 1974.

54. Урбанизация, научно-техническая революция и рабочий класс. Некоторые вопросы теории, критика буржуазных концепций. / Редкол. Э.А.Арабоглы, А.С.Ахиезер, В.А.Мартынов, Е.Т.Фаддеев, О.Н.Яницкий (отв. ред.). М.: Наука, 1972.

55. Урбанизация Советской Сибири / Отв. ред. В.В.Алексеев. Новосибирск: Наука, 1927.

56. Фирсов Б.М. Кто он такой - Петербуржец? // Мир России. 1994, № 1.

57. Хазанова В.Э. Советская архитектура первой пятилетки: Проблемы города будущего. М.: Наука, 1980.

58. Черных А.И. Жилищный передел // Социологические исследования, 1995, № 10.

59 Хлопин А.Д. Индивидуальная адаптация к городской среде: психологические аспекты // Социально-экологические проблемы капиталистического города / Отв.ред. О.Н.Яницкий. М.: ИМРД АН СССР, 1979.

60 Хлопин А.Д. Миграционные процессы и проблема <личности на рубеже культур> в социологии США // Урбанизация и расселение трудящихся в условиях капитализма / Отв. ред. О.Н.Яницкий. М.:ИМРД АН СССР, 1974.

61 Человек - предприятие - город. Тезисы конференции / Под ред. Р Нооркыйв, Х.Аасмяэ. Я. Тамм. Таллинн: АНЭстССР, 1986.

62 Шомина Е. С. Становление жилищного движения в России // Социологические исследования, 1995, № 10.

63 Шомина Е.С. Контрасты американского города. Социально-географические аспекты урбанизации. М.: Мысль, 1986.

64 Эффективность городской среды в удовлетворении и развитии потребностей человека. Научно-теоретическое совещание / Редкол.: В.А.Ядов и др. Л., 1974.

65 Яницкий О Н. Город как информационная система // Социологические исследования города. Информ. бюллетень №16. М.: Советская социол. ассоциация, 1969.

66 Яницкий О.Н. Обоснование градостроительных решений в условиях гласности // Социологические исследования. 1988, № 4.

67. Яницкий О.Н. Социально-информационные процессы в обществе и урбанизация // Урбанизация, научно-техническая революция и рабочий класс. Некоторые вопросы теории, критика буржуазных концепций / Отв. ред. О.Н.Яницкий. М.: Наука, 1972.

68. Яницкий О.Н. Социальные движения. 100 интервью с лидерами. М : Моск. рабочий, 1991.

69. Яницкий О.Н. Социо-культурная среда и экономический прогресс // Рабочий класс и современный мир. 1985, № 6.

70. Яницкий О.Н. Урбанизация и социальные противоречия капитализма. Критика американской буржуазной социологии. М.: Наука, 1975.

71 Яницкий О.Н. Гражданские инициативы и самодеятельность масс. М : Знание, 1988.

72. Яницкий О.Н. Экологическая перспектива города. М.: Мысль, 1987.

73 Seventh World Congress of Sociology. Scientific Programme. September, 14-19, 1970. Varna, Bulgaria.

74 Yamtsky 0. Urbanization and Social Development // Sociology and Problems of Social Development. M.: Nauka, 1978. 75. Yamtsky 0. Urbanization in the USSR: Theory, Tendencies and Policy // International Journal of Urban and Regional Research, 1986. Vol. 10. № 2. 76 Yamtsky 0., Zaionchkovskaya Z. Soviet Sociology Relating to Rural Migrants in Cities // International Social Science Journal, 1984. Vol. XXXVI. № 3.


Похожие рефераты:

Социология 86 вопросов

Социология в системе гуманитарных наук

Социология

Социология

Шпаргалки по предмету социология

Социология

Социология науки

Предмет и объект социологии

Основы социологии

Социология труда и производства

Социокультурная самоидентификация современного российского студенчества: региональный аспект

Парадигмы социального познания

Методология и методы в российской социологии

Основы социологии

Социология как наука

Социология как наука, ее место в системе наук об обществе

Социология и ее функции

Этапы развития социологии

Социальная структура и стратификация