Скачать .docx  

Реферат: Гражданская война и интервенция в России

Министерство образования Российской Федерации

Архангельский государственный технический университет

Кафедра истории и политологии

Контрольная работа по истории

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА И ИНТЕРВЕНЦИЯ В РОССИИ:

ПРИЧИНЫ, ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ.

РЕЗУЛЬТАТЫ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ.

Заочный факультет АЛТИ

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА № ________

по _______________________________________________________________
(наименование дисциплины)

студент __________ курса АЛТИ специальность ________________________
шифр _________________ вариант № _________________________________

(фамилия, имя, отчество)

домашний адрес ___________________________________________________
почтовый индекс ___________________________________________________
контрольная работа выполнена по методическому пособию _______________

(наименование, автор, год издания)

дата высылки работы _______________________________________________

Контрольная работа предъявляется экзаменатору при сдаче экзамена. Этикетка заполняется и наклеивается на каждую контрольную работу.

Архангельск2003


Оглавление:

Временные рамки гражданской войны

Причины

Особенности.

Основные этапы:

Первый этап

Второй этап

Третий этап

Четвёртый этап

Почему победили большевики? Внутренние факторы победы

Внешние факторы победы

Итоги

Список использованной литературы


Временные рамки гражданской войны.

Историки до сих пор спорят о времени начала граж­данской войны в России, иначе говоря, вступления российского общества в состояние непримиримой вооруженной борьбы боль­ших, относящихся к различным классам и социальным группам масс людей, за государственную власть и собственность.

Грозные зарницы гражданской войны обоснованно усматри­ваются в февральских уличных боях 1917 г., в событиях, знаме­новавших все больший раскол общества на сторонников и про­тивников революции, в лавинообразно нараставшей их взаимной нетерпимости (июльские дни, корниловское выступление, кресть­янские погромы помещичьих имений осенью 1917 г.).

Формально гранью начала гражданской войны можно счи­тать насильственное смещение Временного правительства и за­хват государственной власти большевистской партией, а также последовавший вскоре разгон всенародно избранного Учреди­тельного собрания. Но и после этого вооруженные столкновения носили локальный характер.

Общенациональный масштаб вооруженная борьба приобрела лишь с середины 1918 г., когда ряд действий, с одной стороны, советской власти (неуклонно набиравшая силу кампания по «экс­проприации экспроприаторов», заключение «похабного», по выражению В.И. Ленина, Брестского мира, чрезвычайные дек­реты по организации хлебозаготовок), с другой стороны, ее противников (мятеж Чехословацкого корпуса) ввергли в брато­убийственную войну миллионы людей. Именно это время тради­ционно считается началом особого периода в истории Отечест­ва — периода гражданской войны, когда военный вопрос имел определяющее значение для судьбы советской власти и противо­стоящего ей блока антибольшевистских сил. Этот период завер­шился с ликвидацией в ноябре 1920 г. последнего белого фронта в европейской части России (в Крыму). В целом же из состояния гражданской войны страна вышла осенью 1922 г. после изгна­ния с территории российского Дальнего Востока остатков белых формирований и иностранных (японских) воинских частей.

Причины.

Последовавшая после крушения монархии череда событий, основным содержанием которых была поляризация сил, готовящихся схлестнуться в беспощадной схватке, медленно, но верно создавала соответствующие политические, классовые, военно-организационные и социально-психологические пред­посылки гражданской войны.

Большевистские преобразования были столь масштабны, что не могли не затронуть интересы миллионов людей: многие в результате что-то приобрели, а многие ­­– потеряли. Не всех удовлетворял новый ­– советский ­– политический строй. Грандиозное перераспределение собственности также не могло не накалить обстановку. Революция стала ка­тализатором для обострения национального вопроса, остро стоявшего в Российской империи. Таким образом, гражданская война явилась ареной разрешения нескольких групп противоречий – политических, социально-экономических и национальных. Она принимала различ­ные формы, включая мятежи, восстания, отдельные вооруженные столкновения, широкомасштабные операции с участием регулярных армий, партизанские действия, диверсионные операции, террор. Осо­бенностью гражданской войны в нашей стране было то, что она оказа­лась исключительно долгой, кровопролитной, развернулась на огром­ной территории.

На политику, экономику, иде­ологию и психологию людей глубокий отпечаток наложил военный фактор. Прежде чем грянула революция, наши со­отечественники более трех лет гибли на полях сражений пер­вой мировой войны, мерзли и голодали в тылу, страдали от боли потери близких и родных. Война ломала привычные представления о добре и зле, уродовала характеры и поведе­ние людей обыденностью убийства и насилия.

Под ружье были поставлены миллионы россиян и с развалом старой армии они с оружием в руках возвращались домой. В условиях об­щероссийской катастрофы и острой социально-классовой вражды формировалась взрывоопасная среда, готовая при­вычными для себя средствами - штыком и пулей разрешать острые противоречия. К этому толкали и лидеры партий раз­личной политической ориентации. Они буквально втягивали население в гражданскую войну, натравливая одну часть граж­дан на другую. Мир и покой в России теперь связывали не с гражданским умиротворением, компромиссом, соглашением, а с победой над своими политическими или классовыми противниками. К войне, но теперь внутренней, готовились, создавая свои вооруженные силы. Каждая революция должна уметь защищаться - эти слова Ленина стали девизом, под которым шло строительство Рабоче-Крестьянской Красной Армии.

Особенности гражданской войны.

Особенностью гражданской войны в России было ее тесное переплетение с антисоветской военной интервенцией держав Ан­танты.

В основе военного вмешательства западных держав во внут­ренние дела России лежало стремление предотвратить располза­ние социалистической революции по всему миру, не допустить многомиллиардных потерь от проведенной советской властью на­ционализации имущества иностранных граждан и ее отказа выплачивать государствам-кредиторам долги. Определенные и до­статочно влиятельные круги Антанты вынашивали еще одну, не­гласную цель: по возможности ослабить Россию как своего будущего политического и экономического конкурента в послево­енном мире, раздробить ее, оторвав окраинные территории.

Первый шаг на этом пути был сделан уже в конце 1917 г. Союзники России по мировой войне, Англия и Франция, заключили 10 декабря секретное соглашение о разделе европейской части нашей страны на «зоны действия». Несколько позже была достигнута договоренность, что Сибирь и Дальний Восток являются «зонами действия» США и Японии. Генерал Д.Л. Хорват, один из руководителей белого движе­ния на востоке страны, хорошо знавший закулисную сторону интер­венции, позже в письме к бывшему Верховному Главнокомандующе­му русской армии Великому князю Николаю Николаевичу с горечью признавал: «Все наши бывшие союзники преследовали в борьбе с большевиками собственные эгоистические цели. Но никто не помо­гал России. Сильная, единая Россия никому, кроме русских, не нужна».

Основные этапы.

В периоде гражданской войны и интервенции достаточно чет­ко выделяются четыре этапа. Первый из них охватывает время с конца мая до ноября 1918 г., второй – с ноября 1918 г. по фев­раль 1919 г., третий – с марта 1919 г. до весны 1920 г. и четвер­тый – с весны по ноябрь 1920 г.

Первый этап.

В январе 1918 г. Румыния, пользуясь слабостью советского правитель­ства, захватила Бессарабию. В марте­–апреле 1918 г. на терри­тории России появились первые контингенты войск Англии, Франции, США и Японии (В Мурманске и Архангельске, во Вла­дивостоке, в Средней Азии). Они были невелики и не могли заметно влиять на военную и политическую ситуацию в стра­не. В то же время противник Антанты­–Германия­–оккупиро­вала Прибалтику, часть Белоруссии, Закавказья и Северного Кав­каза. Немцы фактически господствовали и на Украине: они свергли буржуазно-демократическую Центральную Раду, помощью которой воспользовались при оккупации украинских земель, и в апреле 1918 г. поставили у власти гетмана П.П. Скоропадского.

В этих условиях Верховный совет Антанты решил использовать 45-тысячный Чехословацкий корпус, находившийся (по согласова­нию с Москвой) в его подчинении. Он состоял из пленных солдат-славян австро-венгерской армии и следовал по железной дороге во Владивосток для последующей переброски во Францию.

Согласно договору, заключенному 26 марта 1918 г. с совет­ским правительством, чехословацкие легионеры должны были продвигаться «не как боевые подразделения, а как группа граж­дан, располагающая оружием, чтобы отражать вооруженные на­падения контрреволюционеров». Однако во время продвижения участились их конфликты с местными властями. Поскольку бое­вого оружия у чехов и словаков было больше, чем предусматри­валось соглашением, власти решили его конфисковать. 26 мая в Челябинске конфликты переросли в настоящие сражения, и ле­гионеры заняли город. Их вооруженное выступление было тут же поддержано военными миссиями Антанты в России и анти­большевистскими силами. В результате в Поволжье, на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке­–везде, где находились эшело­ны с чехословацкими легионерами,­­­– была свергнута советская власть. Одновременно во многих центральных губерниях России крестьяне, недовольные продовольственной политикой большеви­ков, подняли бунт (по официальным данным, только крупных ан­тисоветских крестьянских восстаний было не менее 130).

Социалистические партии (главным образом, правые эсеры), опираясь на десанты интервентов, Чехословацкий корпус и кре­стьянские повстанческие отряды, образовали ряд правительств: Комитет членов Учредительного собрания в Самаре, Верховное управление Северной области в Архангельске, Западносибирский комиссариат в Новониколаевске (ныне Новосибирск), Вре­менное сибирское правительство в Томске, Закаспийское времен­ное правительство в Ашхабаде и др. В своей деятельности они пытались дать «демократическую альтернативу» как большевист­ской диктатуре, так и буржуазно-монархической контрреволюции. Их программы включали требования созыва Учредительного собра­ния, восстановления политических прав всех без исключения граждан, свободы торговли и отказа от жесткой государственной регламентации хозяйственной деятельности крестьян с сохранением ряда важных положений советского Декрета о земле, налаживания «социального партнерства» рабочих и капиталистов при денационализации промышленных предприятий и т. д.

В сентябре 1918 г. в Уфе прошло совещание представителей ряда антибольшевистских правительств демократической и социалистиче­ской ориентации. Под давлением чехословаков, угрожавших открыть фронт большевикам, они учредили единое Всероссийское прави­тельство ­– Уфимскую директорию во главе с лидерами эсеров Н.Д. Авксентьевым и В.М. Зензиновым. Вскоре Директория обосно­валась в Омске, где на должность военного министра был приглашен известный полярный исследователь и ученый, бывший командующий Черноморским флотом адмирал А.В. Колчак. Эсеры, идя на блок с вчерашним противником, рассчитывали, что популярность Колчака в армейских и флотских кругах позволит ему объединить разрознен­ные воинские формирования, действовавшие против красных на про­сторах Сибири и Урала. Но офицеры в своем большинстве не желали какого-либо компромисса с социалистами.

Правое, буржуазно-монархическое крыло противостоящего большевикам лагеря в целом еще не оправилось в то время от разгрома своего первого послеоктябрьского вооруженного нати­ска на них (чем во многом и объяснялась «демократическая окраска» начального этапа гражданской войны со стороны анти­советских сил). Белая Добровольческая армия, которую после гибели генерала Л.Г. Корнилова в апреле 1918 г. возглавил ге­нерал А.И. Деникин, оперировала на ограниченной территории Дона и Кубани. Лишь казачьей армии атамана П.Н. Краснова удалось продвинуться к Царицыну и отрезать хлебные районы Северного Кавказа от центральных областей России, а атаману А.И. Дутову ­– захватить Оренбург.

Положение советской власти к исходу лета 1918 г. стало кри­тическим. Почти три четверти территории бывшей Российской империи находилось под контролем различных антибольшевист­ских сил, а также оккупационных австро-германских войск.

Вскоре, однако, на главном фронте (Восточном) происходит перелом. Советские войска под командованием И.И. Вацетиса и С.С. Каменева в сентябре 1918 г. перешли там в наступление. Первой пала Казань, затем Симбирск, в октябре ­– Самара. К зиме красные подошли к Уралу. Были отражены и попытки генерала П. Н. Краснова овладеть Царицыном, предпринятые в июле и сентябре 1918 г.

Второй этап.

Осенью 1918 г. в связи с окончанием Первой мировой войны произошли существенные изменения на междуна­родной арене. 30 октября Турция подписала со странами Антанты Мудросское перемирие, согласно которому англичане в ноябре снова заняли Баку. В начале ноября в Германии и Австро-Венгрии произошли революции. В Компьене 11 ноября между странами Антанты и Гер­манией были подписано соглашений о перемирии. В со­ответствии с секретным дополнением к нему германские войска оставались на оккупированных территориях до прибытия войск Антанты.

Генеральный штаб Главного командования союзны­ми армиями в записке Верховному совету Антанты от 12 ноября предлагал уничтожить большевизм и поощ­рять создание в России «режима порядка» па основе все­народного опроса. С этой целью предусматривалось со­хранить положение, достигнутое на востоке, развить действия союзников с севера на Петроград и на юге к Каспию и Волге, осуществить интервенцию в Южную Россию через Румынию и Черное море.

В ноябре­ – декабре 1918 г. десанты союзников выса­дились в Новороссийске, Одессе и Севастополе, а в Мур­манске, Архангельске и во Владивостоке появились но­вые союзные контингенты. В Сибири 18 ноября адмирал А.В. Колчак при поддержке союзников, офицерских и ка­зачьих частей совершил переворот, разгромил Уфимскую директорию, был объявлен Верховным правителем России и Верховным главнокомандующим русских армии. 16 янва­ря 1919 г. между Колчаком и представителями союзных войск в Сибири было подписано соглашение. В соответ­ствии с ним французский генерал М. Жанен являлся глав­нокомандующим войсками союзников в Восточной Рос­сии и Сибири, а английский генерал А. Нокс должен был объединить союзную помощь в тыловой полосе.

13 ноября 1918 г. ВЦИК принял постановление об ан­нулировании Брест-Литовского мирного договора. В по­становлении подчеркивалось, что трудящиеся массы Рос­сии, Лифляндии, Эстляндии, Польши, Литвы, Украины, Финляндии, Крыма и Кавказа призваны сами решать свою судьбу. По договоренности с германским командо­ванием Красная Армия приступила к занятию террито­рий, с которых выводились германские войска. Эту зада­чу выполняли 7-я и Западная (образована 15 ноября на базе войск Западного района обороны) армии. Они в но­ябре 1918 г. ­– январе 1919 г. заняли почти всю террито­рию Белоруссии и значительную часть Прибалтики. Про­движение советских войск осуществлялось, несмотря на протесты правительств Латвийской и Эстонской респуб­лик. На территориях, находящихся под контролем Крас­ной армии, были образованы Эстляндская трудовая ком­муна (29 ноября). Литовская (16 декабря) и Латвийская (17 декабря) Социалистические Советские Республики.

Английский военный кабинет принял решение более не посылать свои войска в Россию за исключением тех­нических частей. Всего к февралю 1919 г. на территории России находились союзные войска общей численно­стью 202,4 тыс. солдат и офицеров, в том числе 44,6 тыс. английских; 13,6 тыс. французских; 13,7 тыс. американ­ских; 80 тыс. японских; 42 тыс. чехословацких; 3 тыс. итальянских; 3 тыс. греческих; 2,5 тыс. сербских.

В конце 1918 г. ЦК РКП (б) и правительство РСФСР на основе предложений РВСР и главкома Вацетиса приняли кардинальные меры по укреплению Красной армии. В по­становлении ЦК от 26 ноября требовалось установить на фронте революционную диктатуру и развить с наивысшей энергией наступление на всех фронтах, особенно на Юж­ном. По решению РВСР были образованы: в декабре 1918 г. Каспийско-Кавказский фронт; в начале января 1919 г. - Украинский фронт; в феврале­– Западный фронт.

Перед войсками Каспийско-Кавказского фронта под командованием бывшего полковника М.С. Свечникова стояла задача очистить Северный Кавказ от белогвардей­цев и завоевать Закавказье. Однако Добровольческая ар­мия упредила армии фронта и перешла в контрнаступле­ние, вынудив советские войска вести оборонительные бои.

Войска Украинского фронта (командующий В.А. Ан­тонов-Овсеенко) в январе ­– феврале 1919 г. заняли Харьков, Киев, Левобережную Украину и вышли к Днепру. Противостоящие им части Украинской народ­ной армии отходили к Днестру и в Галицию, а французские и греческие части оставили Херсон и Николаев и направились к Одессе. Одновременно войска Украин­ского фронта нанесли поражение Крымско-Азовской добровольческой армии и оттеснили ее в Крым. Под влиянием большевистской пропаганды в частях и на ко­раблях интервентов начались восстания. В конце марта на Парижской мирной конференции было принято ре­шение об эвакуации союзнических войск, которые в ап­реле были выведены из Крыма.

Войска Восточного фронта (командующий С.С. Ка­менев) в декабре 1918 г. продолжали наступление на Уральск, Оренбург, Уфу и Екатеринбург. Соединения 1-й и 4-й армий фронта несколько оттеснили Оренбург­скую и Уральскую отдельные армии. В центре Восточно­го фронта (5-я армия) 31 декабря была освобождена Уфа. На левом крыле фронта в тяжелых сражениях с Сибирской армией войска 3-й армии Восточного фронта потеряли половину своего состава, оставили 25 декабря 1918 г. Пермь и отошли за Каму. Попытка советских войск в январе 1919 г. восстановить положение успеха не имела. Войска 1-й и 4-й армий в январе ­– феврале про­двинулись на 100 ­– 150 км, овладели Оренбургом, Уральском и Орском, соединившись с войсками Турке­станской республики. На севере 6-я армия Северного фронта в январе взяла Шенкурск и создала благоприят­ные условия для наступления на Архангельск. Войска 7-й армии вели наступление на нарвском и псковском на­правлениях, но под контрударами эстонской армии, уси­ленной финскими и шведскими добровольцами, были вынуждены отойти за р. Нарва. Ввиду усилившейся опасности Петрограду 7-я армия в феврале была переда­на в состав Западного фронта. Северный фронт упразд­нен, а 6-я армия подчинена непосредственно главкому.

С целью укомплектования войск опытными военны­ми кадрами ЦК РКП (б) 25 октября 1918 г. постановил освободить всех офицеров, взятых в качестве заложни­ков, а в ноябре признал необходимым достичь соглаше­нии с середняками, не отказываясь от борьбы с кулачест­вом, прочно опираясь только на бедноту.

Все эти меры позволили достичь перелома на фронте в пользу Красной армии. Войска Южного фронта (командующий П.А. Славен), пополненные резервами, в январе 1919 г. перешли в наступление, нанесли поражение Дон­ской армии и стали продвигаться в глубь Донской облас­ти. Оргбюро ЦК РКП (б), созданное 16 января, не разо­бравшись в сложившейся обстановке, направило 24 янва­ря циркулярное письмо партийным организациям о массовом терроре против казаков, принимавших участие в борьбе с советской властью. На Отдел гражданского управления при РВС Южного фронта во главе с членом Донского бюро РКП (б) С.И. Сырцовым была возложена задача по восстановлению советской власти на Дону. Донбюро требовало от ревкомов ареста наиболее автори­тетных представителей казачьего сословия, а при обнару­жении у них оружия ­– расстрела не только его владельца, но и нескольких заложников. Только в Вешенском районе было расстреляно свыше 300 человек. В станице Урюпинской на глазах у местных жителей ежедневно совершались казни 30 ­– 40 человек. Повстанцы не менее жестоко рас­правлялись с комиссарами, милиционерами и красноар­мейцами. Так, в станице Казанской захваченных совет­ских работников и коммунистов топили в р. Гущевке.

По докладу члена Реввоенсовета Южного фронта Г.Я. Сокольникова ЦК партии 16 марта приостановил применение репрессивных мер против казаков и призвал проводить среди них политику расслоения. Однако про­тивоправное решение Оргбюро спровоцировало в ночь на 11 марта восстание казаков на Верхнем Дону, что серь­езно затруднило дальнейшее наступление войск фронта.

В январе 1919 г. генерал А.И. Деникин принял меры по централизации управления всеми антисоветскими сила­ми на юге страны. По соглашению с генералом П.Н.Крас­новым Добровольческая и Донская армии объединились в Вооруженные силы Юга России. В их состав также вошли Крымско-Азовская армия, войска Северного Кавказа, Кавказская армия и Черноморский флот. Для того чтобы облегчить положение Донской армии, генерал Деникин начал переброску с Северного Кавказа в Донбасс частей Кавказской добровольческой армии (так стала теперь именоваться Добровольческая армия). Совместными усилиями добровольцы и донцы в начале февраля оста­новили продвижение войск Южного фронта.

Третий этап.

В конце февраля 1919г. Главное командование Крас­ной армии, исходя из оценки сложившейся военно-поли­тической обстановки, основными задачами считало борь­бу на Украине против объединенных сил Антанты и Добровольческой армии и на Западном фронте против объединенных сил Финляндии, Эстляндии, Германии и Польши, которым содействовала Антанта. На севере предусматривалось вести активные действия на архан­гельском направлении, на востоке ­– овладеть Пермью, Екатеринбургом и Челябинском с целью открыть доступ в Западную Сибирь, а также продвигаться в Туркестан и Закаспийскую область.

Главное командование армиями Антанты считало, что «реставрация режима порядка в России является де­лом сугубо национальным, которое должен осуществ­лять сам русский народ». Для разгрома большевизма предполагалось использовать «русские силы», войска ве­ликих держав Антанты и соседних с Россией государств. В то же время считалось, что «русские силы при своем нынешнем состоянии бессильны обеспечить возрожде­ние своей страны». Весьма скептически оценивались и возможности войск Греции, Латвии, Литвы, Польши, Финляндии, Чехословакии, Эстонии, которые, как пола­гало Главное командование армиями Антанты, «в на­стоящее время не в состоянии действовать». Относитель­но своих войск Антанта, учитывая соображения мораль­ного (усталость от войны) и материального порядка, рассчитывала ограничиться посылкой только командно­го состава, добровольцев и военных материалов. Выс­шее командование Антанты считало, что интервенция против большевистского режима возможна в широких масштабах лишь после создания единого межсоюзниче­ского командования и «установления статуса воюющих государств».

Несмотря на весьма нелестную оценку антибольше­вистских «русских сил», они весной 1919г. предприняли попытку упрочить свое положение. В начале марта вой­ска адмирала Колчака (Сибирская, Западная, Ураль­ская, Оренбургская армии и Южная армейская группа) внезапно перешли в наступление. 14 марта они овладели Уфой, сломили сопротивление малочисленной 5-й армии Восточного фронта. После упорных боев противник 15 апреля захватил Бугуруслан. Адмирал Колчак 20 ап­реля потребовал от своих войск продолжать энергичное преследование армий Восточного фронта, отбросить на юг, в степи, не допуская их отхода за Волгу.

По требованию ЦК РКП (б) на Восточный фронт бы­ли направлены войска, снятые с других фронтов. 28 ап­реля в контрнаступление перешла Южная группа армий Восточного фронта. Она нанесла поражение Западной армии и заняла Бугуруслан. В дальнейшем Туркестан­ская и 2-я армии разгромили Волжский корпус генерала В.О.Каппеля и овладели Белебеем. К середине мая вой­ска фронта отразили попытки Оренбургской и Ураль­ской армий захватить Оренбург и Уральск и сорвать продвижение Южной группы на уфимском направлении. В мае ­– июне Туркестанская армия форсировала р. Бе­лая, овладела Уфой и оттеснила войска Западной армии к предгорьям Урала.

Северная группа армий Восточного фронта силами 2-й армии и Волжской военной флотилии тогда же на­несла поражение Сибирской армии, заняла Сарапул и Ижевск. Войска 3-й армии, ведя тяжелые бои с частью сил Сибирской армии, вышли на дальние подступы к Перми. Стратегическая инициатива на востоке перешла к Восточному фронту, который с 21 июня перешел в об­щее наступление.

В августе 1919 г. Восточный фронт был разделен на два фронта: Восточный и Туркестанский. В октябре вой­ска Восточного фронта овладели Петропавловском и Ишимом и в январе 1920 г. завершили разгром армий ад­мирала Колчака, который был арестован и расстрелян. С выходом к Байкалу дальнейшее продвижение совет­ских войск на востоке было приостановлено, чтобы из­бежать войны с Японией, продолжавшей оккупировать часть территории Сибири. По решению ЦК РКП (б) и правительства РСФСР в апреле 1920 г. создается буферная Дальневосточная республика.

Туркестанский фронт под командованием М.В.Фрун­зе нанес поражение Южной армии генерала Г.А.Белова и сентябре соединился с войсками Туркестанской респуб­лики. В ноябре ­– декабре была разгромлена Уральская армия генерала В.С.Толстова и занята Уральская об­ласть. В конце декабря 1919 г. часть сил Туркестанского фронта, переправившись на левый берег Амударьи, втор­глась на территорию Хивинского ханства. Войска фрон­та, воспользовавшись междоусобной борьбой туркмен­ских племен, под предлогом оказания помощи «хивин­ским повстанцам» захватили 2 февраля 1920 г. Хиву. В результате Хивинское ханство было ликвидировано, и в апреле провозглашена Хорезмская Народная Совет­ская Республика.

Войска Западного фронта весной 1919 г. вели борьбу в Карелии, Прибалтике и Белоруссии против финских, германских, польских, эстонских, литовских, латвийских и белогвардейских войск. В конце апреля финская Олонецкая добровольческая армия перешла в наступление, нанесла поражение частям 7-й армии Западного фронта, захватила Видлицу и Олонец, угрожая с севера Петро­граду. В середине мая началось наступление на петро­градском направлении Северного корпуса (с 19 июня Се­веро-Западная армия) под командованием генерала К.К.Дзерожинского (с 1 июня ­– генерала А.П.Родзянко). Ему удалось оттеснить части 7-й армии и овладеть Гдовом, Ямбургом и Псковом. Войска 15-й армии под ударами эстонских, латышских и литовских частей, под­держанных Северным корпусом, оставили занимаемую ими территорию Прибалтики.

В тылу 7-й армии под руководством членов «Нацио­нального центра» в ночь на 13 июня восстали гарнизоны фортов Красная Горка, Серая Лошадь и Обручев. Одна­ко части армии при поддержке кораблей Балтийского флота в течение трех дней сумели подавить восстание и 21 июня перешли в контрнаступление на междуозерном перешейке и в полосе от Копорского залива до Пскова.

В конце июня ­– начале июля 1919г. Онежская воен­ная флотилия высадила десант в районе устья р. Видлицы, который нанес поражение частям финской Олонец­кой добровольческой армии и отбросил их к границе. В конце июля ­– начале августа армии Западного фрон­та отразили контрудары польских, эстонских и бело-гвардейских войск. 5 августа соединения 7-й армии взяли Ямбург, а затем оказали содействие 15-й армии, которая нанесла поражение Северо-Западной армии и 26 августа овладела Псковом. К концу месяца 16-я армия сумела остановить продвижение польских войск в Белоруссии.

Правительства прибалтийских стран в ответ на пред­ложения правительства РСФСР от 31 августа и 11 сен­тября согласились начать мирные переговоры на основе признания их независимыми.

Временное затишье на Западном фронте позволило использовать часть сил для переброски на юг. Одновре­менно 7-я армия под командованием бывшего генерала Д.Н.Надежного после упорных оборонительных боев остановила продвижение Северо-Западной армии гене­рала Н.Н.Юденича и 21 октября перешла в контрнаступ­ление. Во взаимодействии с 15-й армией войска 7-й ар­мии оттеснили армию генерала Юденича к эстонской границе. Ее остатки перешли на территорию Эстонии, где были разоружены и интернированы. 2 февраля 1920 г. в Юрьеве между делегациями РСФСР и Эстонии состоялось подписание мирного договора. По договору провозглашалось прекращение состояния войны между обеими странами, РСФСР признала независимость Эс­тонии и передала ей соответствующую часть (15 млн.руб. золотом) золотого запаса России.

Войска Украинского фронта 14 марта 1919 г. начали не санкционированное главкомом И.И Вацетисом на­ступление на Правобережной Украине. Для усиления войск фронта были использованы резервы главкома, предназначенные Южному фронту. Это позволило Ук­раинскому фронту к концу марта остановить продвиже­ние армии УНР, а затем, развивая успех, 6 апреля занять Одессу и, перейдя вброд Сиваш, к концу месяца овладеть Крымом. Часть сил Украинского фронта в апреле была направлена на помощь Венгерской Советской Республи­ке, но из-за резкого осложнения обстановки в Донбассе и восстания в тылу фронта частей 6-й Украинской стрел­ковой дивизии эту помощь оказать не удалось. Из-за не­выполнения распоряжений главкома о переброске войск на усиление Южного фронта и стремления командова­ния Украинским фронтом к автономным действиям он был в нюне расформирован.

Войска Южного фронта в ходе ожесточенных сраже­ний сумели преодолеть сопротивление армий генерала Деникина и в апреле 1919 г. форсировали р. Маныч в районе Великокняжеской, начав продвижение к Батайску и Тихорецкой. Одновременно войска фронта вели борьбу с восставшими казаками, а часть сил пришлось направить на борьбу с отрядами Н.И.Махно, который выразил недоверие правительству УССР, не пускал в контролируемые им районы продотряды и не позволял создавать комбеды. Осложнением обстановки в тылу Южного фронта воспользовался генерал Деникин. Его войска в мае перешли в контрнаступление и вынудили армии Южного фронта оставить Донскую область, Дон­басс и часть Украины. В районе станции Миллерово в начале июня произошло объединение восставших с час­тями Добровольческой армии. 3 июля генерал Деникин отдал директиву, получившую наименование «Москов­ской». Предусматривалось нанесение главного удара си­лами Донской и Добровольческой армий на курском и воронежском направлениях с целью захвата Москвы.

В июле Южный фронт, получив пополнение, гото­вился к переходу в контрнаступление, намеченное на 15 августа. Однако командованию Донской армии уда­лось добыть сведения о готовящейся операции. С целью ее срыва 4-й Донской конный корпус генерала К.К.Ма­монтова начал рейд по тылам Южного фронта, дезорга­низовав работу его органов снабжения и управление войсками, что стало одной из главных причин неудачи намеченного контрнаступления.

Главные силы Южного фронта, понеся большие по­тери, отходили на север. Добровольческая армия 20 сен­тября овладела Курском, а Донская армия в начале ок­тября захватила Воронеж. ЦК РКП (б) вмешался в руко­водство вооруженной борьбой, приняв в конце сентября решение, усилить Южный фронт за счет войск, снятых с петроградского участка Западного фронта и из соста­ва 6-й отдельной армии. Вместо бывшего генерала В.Н.Егорьева командующим Южным фронтом был на­значен более молодой и энергичный бывший полковник А.И.Егоров. Сам фронт был разделен на два ­– Южный и Юго-Восточный (командующий В.И.Шорин). Одно­временно ЦК принял меры к привлечению казаков на сторону советской власти. В опубликованных 30 сентяб­ря «Тезисах ЦК РКП (б) о работе на Дону» отмечалось, что партия не мстит казакам за прошлое, возьмет под свое покровительство и вооруженную защиту тех, кто «делом пойдет нам навстречу», но будет беспощадно ис­треблять казаков, прямо или косвенно оказывающих поддержку врагам советской власти.

Южный фронт, получив подкрепление, 11 октября пе­решел в контрнаступление. Его войска нанесли поражение главным силам Добровольческой армии: 20 октября заня­ли Орел и 24-го ­– Воронеж. В ходе дальнейшего наступле­ния были взяты 15 ноября Касторная и в ночь на 18 ноября ­– Курск. К исходу декабря войска Южного и Юго-Вос­точного фронтов захватили Донбасс. 3 января 1920 г. был занят Царицын, 7 января ­– Новочеркасск и 10-го ­– Ростов-на-Дону. Войска 12-й армии 16 декабря 1919г. овладе­ли Киевом. С выходом советских войск на подступы к Се­верному Кавказу Юго-Восточный фронт в январе 1920 г. был переименован в Кавказский, а Южный ­– в Юго-За­падный фронт. Его армии заняли Правобережную Украи­ну и 7 февраля ­– Одессу. Кавказский фронт в январе ­– ап­реле 1920 г. разгромил вооруженные силы Юга России, вый­дя к границам Азербайджанской и Грузинской республик. Генерал А.И.Деникин 4 апреля передал командование ос­татками своих поиск генералу П.Н Врангелю, который на­чал формировать в Крыму Русскую армию.

Четвёртый этап.

К весне 1920 г. Красная армия разгромила основные антибольшевистские силы, что упрочило положение РСФСР. Верховный совет Антанты, учитывая сложив­шуюся обстановку, уже 16 января формально снял эко­номическую блокаду с Советской России. Ее правитель­ство подписало мирные договоры с Грузинской, Армян­ской и Латвийской республиками.

Экономическое положение страны продолжало оста­ваться тяжелым: не хватало продовольствия, транспорт был разрушен, большинство фабрик и заводов из-за не­достатка топлива и сырья не работало, в стране свиреп­ствовал тиф.

В сложившейся ситуации на IX съезде РКП (б), состо­явшемся 29 марта ­– 5 апреля 1920 г., было принято ре­шение о неуклонном проведении в жизнь хозяйственного единого плана. Однако его осуществление было сопря­жено с немалыми трудностями, в том числе и внешними.

Война с Польшей.

Однако весной и летом 1920 г. Красной Армии пришлось снова вести военные действия на этот раз против Польши. Казалось, Польша, получив независимость в результате русской революции, не должна бы выступать против России. Но возглавлявший Польское государ­ство маршал Ю. Пилсудский лелеял план создания федерации, включающей Польшу, Белоруссию, Литву и Украину, высту­пал за восстановление Польши в границах 1772 г. В течение 1919 г. польские войска, пользуясь тяжелым положением Крас­ной Армии на других фронтах, захватили почти всю Западную Белоруссию и Западную Украину. Однако ни Антанта, ни Де­никин с Врангелем не собирались признавать польские права на территории восточной линии, установленной в декабре 1919 г. Верховным Советом Антанты («линии Керзона»). Пилсудский согласился на мирные переговоры с Советским правительством но они вскоре были прерваны.

17 апреля 1920 г. польский диктатор отдал приказ о наступ­лении на Киев, подписав предварительно договор о совместных действиях с главой Украинской Директории Симоном Петлюрой. 6 мая поляки взяли Киев и к середине мая вышли на ле­вый берег Днепра.

Польская агрессия вызвала подъем патриотических чувств в России, и ЦК РКП (б) обратился уже не только к рабочим и крестьянам, но и «к уважаемым гражданам» с призывом не по­зволить Польше «навязать свою волю русскому народу», к ге­нералам и офицерам бывшей царской армии «забыть все оби­ды» и защитить «любимую Россию» от чужеземного ига. Од­новременно с этим в войсках Западного фронта партийные про­пагандисты сеяли иллюзию, что польские рабочие и крестья­не не станут воевать против страны победившего пролетариа­та, Реввоенсоветы фронта массовыми тиражами печатали про­пуска в Советскую республику для польских солдат. Тем не менее, в мае 1920 г. началось контрнаступление советских войск, и 12 июня Киев был отбит. Польское командование поспешно отводило свои войска к границе. К концу июля Красная Армия достигла «линии Керзона» и Антанта потребовала остановить наступление красных войск на временной восточной границе Польши.

При обсуждении в ЦК РКП (б) вопроса о переносе войны на территорию Польши мнения разделились. Руководители польских коммунистов высказывались за «коммунизацию» Польши с помощью Красной Армии. Ленин стоял за револю­ционную войну, надеясь на восстание польского пролетариата и выступление германских рабочих. Троцкий ратовал за пере­мирие, полагая, что вторжение в Польшу укрепит авторитет Пилсудского. В итоге было решено продолжать наступление. «Мы шли на риск, - вспоминал Троцкий, - на этот раз по ини­циативе Ленина - прощупывание штыком буржуазно-шляхет­ской Польши» с целью «советизировать Польшу, чтобы дать революционный импульс Германии».

В середине августа в 1920-е гг. красные войска под командо­ванием М. Тухачевского форсировали Вислу и подошли к пред­местьям Варшавы. В приказе Тухачевского войскам Западно­го фронта говорилось: «Через труп белой Польши лежит путь к мировому пожару. На штыках понесем счастье и мир трудя­щемуся человечеству. Вперед на Запад!»

Вопреки ожидаемой большевиками поддержки трудящих­ся Польши население встретило Красную Армию крайне враждебно, и Пилсудскому удалось быстро собрать 80-тысяч­ную армию. В Варшаву из Парижа прибыл генерал Вейган. В битве на Висле польские войска одержали победу, и красные войска отступили от Варшавы на 600 км. У восточно-прусской границы Польши две советские армии попали в окружение. Ленин требовал от военного руководства республики принять все меры для успешных действий. Однако Варшавская и Львов­ская операции завершились неудачей для Красной Армии - и она была выбита из Польши. Советизация поляков не удалась. Судьба попавших в плен 30 тыс. красноармейцев до сих пор не известна.

Военные и политики много спорили о причинах поражения Красной Армии. Среди причин военного характера отмечались неподготовленность операции, нечеткость взаимодействия За­падного и Юго-Западного фронтов, растянутость коммуника­ций, недостаток пополнения, недооценка сил противника и др. Политические причины были связаны в первую очередь с ложной теорией экспорта революции. Большевики, вознамерив­шись помочь трудящимся Польши освободиться от «пут капи­тализма», не учли главного - желают ли они того сами, не при­няли во внимание настроение народа, который вел многолет­нюю борьбу с Германией, Австрией и Россией за независимость.

Разгром Врангеля.

Окончание военных действий на западе позволило Советскому руководству сосредоточить военные силы на юге для разгрома последней белой группировки - армии генерала Врангеля. 1 сентября 1920 г. Политбюро ЦК РКП(б) приняло решение взять Крым и разделаться с Врангелем до наступления зимы, для чего был снова образован Южный фронт под командованием М. Фрунзе, проведена мобилизация коммунистов и комсомольцев.

Армию Врангеля (около 50 тыс. штыков и сабель) снабжала Антанта - пушками, пулеметами, танками, аэропланами. В сентябре-октябре 1920 г. войска Южного фронта сражались с врангелевцами, пытавшимися овладеть Донбассом, прорвать­ся за Днепр на Правобережную Украину. Особенно ожесточен­ные бои развернулись в районе Каховки, где был создан плац­дарм для наступления на белых. Здесь отличились части Вто­рой конной армии под командованием Ф. Миронова. В конце октября - начале ноября Врангель был выбит из Северной Тав­рии. Имея крупное превосходство в силах, войска Южного фронта могли не допустить прорыва врангелевцев в Крым, но несогласованность действий красноармейских соединений и мощные контрудары белых привели к тому, что врангелевцы снова заняли Крым и укрылись за мощными укреплениями, сооруженными на Чонгарском и Перекопском перешейках. Красным преграждали путь в Крым ряды проволочных заграждений, рвы, насыпи, окопы. Каждая пядь земли прострелива­лась пулеметами и артиллерией. Главная линия обороны про­ходила по старинному Турецкому валу высотой до 10 м и дли­ной 11 км, перед которым был ров глубиной до 10 м, прикры­тый тремя линиями проволочных заграждений. По вершине вала шла линия окопов и блиндажей, южнее Перекопа - вто­рая оборонительная полоса. Уповая на "неприступность" сво­их оборонительных сооружений Врангель рассчитывал сохра­нить Крым в качестве плацдарма для борьбы с красными.

В ночь на 8 ноября 1920 г. передовые части красных при 12-градусном морозе форсировали Сиваш, закрепились на Ли­товском полуострове и ударили в тыл перекопских позиций. Одновременно части 51 дивизии во главе с В. Блюхером атаковали Турецкий вал с фронта, 30-я стрелковая дивизия И. Грязнова штурмовала Чонгарские укрепления. Двое суток шли ожесточенные бои, в которых обе стороны несли огромные потери. Перекопские, чонгарские и другие укрепления были взяты. В прорыв двинулись Первая и Вторая конные армии. Врангель был разбит.

После разгрома Врангеля большевики поставили в качестве первоочередной задачи ~ очищение Крыма от «чуждых элемен­тов», которое проявлялось в массовых расстрелах, арестах и выселении. Первыми жертвами стали 8 тыс. офицеров, веро­ломно расстрелянных после прохождения добровольной реги­страции, объявленной правителями Крыма. Организаторами расстрелов были: Председатель Крымоблревкома Бела Кун (в одном из документов названный «гением массового террора»), член Облревкома Р. Землячка, заведующий особым отделов Южного фронта Е. Евдокимов.

В Крымской операции участвовали и отряды Махно, кото­рому большевики обещали автономию в Гуляй-поле. Когда же Реввоенсовет Южного фронта потребовал от него реорганизо­вать повстанческие отряды в регулярные части и слить их с Красной Армией, а Махно отверг это требование, махновцы приказом Реввоенсовета Южного фронта были объявлены вра­гами Советской республики и началась ликвидация «махнов­щины», стоившая большевикам немалых усилий. Махновские отряды постоянно пополнялись людскими ресурсами - крес­тьянами, а также теми, кто, вернувшись с фронтов гражданс­кой войны, не мог найти себе работу и пропитание, декласси­рованными элементами и др. Армия Махно отличалась завид­ной маневренностью. По пятам Батьки с конца декабря 1920 г. шла красная дивизия А. Пархоменко, а затем дивизия Котовского. Однако махновцы уходили от преследования, нападая по пути на воинские подразделения, отряды милиции и населенные пункты. Весной - летом 1921 г. отряды Махно совершали рейды по всей Украине и Южной России, но в конце августа 1921 г. были разбиты: около полусотни всадников во главе о Махно, спасаясь от преследования, переправились через Днестр и очутились в Румынии.

Горячей точкой оставался Дальний Восток. Здесь находилась 100-тысячная японская армия. Под ее покровительством действовали остатки колчаковских войск (каппелевцы) и белоказаки, которыми командовал преемник Колчака атаман Г. Семенов. Жертвами террора семеновцев стали тысячи коммунистов, советских работников и те, кто сочувствовал Советской власти.

Красная Армия, преследуя остатки Белой, вышла к Байкалу. Дальнейшее ее продвижение могло привести к нежелатель­ному столкновению с Японией. Тогда было принято решение об образовании Дальневосточной республики (ДВР), по форме демократического государства с многопартийным парламентом, которому отводилась роль буфера между РСФСР и Японией. Япония официально признала ДВР.

Однако в конце 1921 г. белогвардейцы при поддержке японцев перешли в наступление и овладели Хабаровском. В феврале 1922 г., опираясь на помощь РСФСР, армия ДВР (командующий В. Блюхер) перешла в контрнаступление. На подступах к Хабаровску у станции Волочаевка за три дня боев красные разбили основные силы белых и 14 февраля 1922 г. вошли в Хабаровск. Остатки белых войск отступили в Приморье, затем в Маньчжурию.

Япония была вынуждена вывести свои войска из Приморья. 25 октября во Владивосток вступили войска ДВР и партизанс­кие отряды. Буферная Дальневосточная республика, выполнив свою дипломатическую и военную задачу, воссоединилась с РСФСР.

Почему победили большевики? Внутренние факторы победы.

Вопрос о причинах победы большевиков продолжает оставаться остродискуссионным. Приведем два наиболее типичных ответа на него современных историков.

«Их (большевиков) удача,­– пишет один из исследовате­лей,­– была не столько результатом продуманной политики, сколько следствием явной непопулярности белого движения, а также неорга­низованности крестьянства, которое было способно лишь на стихий­ные и локальные выступления без перспективной цели. Еще одним фактором, определившим исход гражданской войны, стал больше­вистский террор. Репрессии, причем довольно жестокие, были в ходу и в антибольшевистском лагере, однако ни либерально-социалистиче­ские правительства, ни белые генералы не шли дальше обычной практики военно-полевых судов... Только большевики решились идти по пути террора до конца и, вдохновившись примером французских якобинцев, уничтожали не только действительных противников, но и противников потенциальных.

Другие историки расставляют акценты иначе: «Народ России до­шел до такого состояния, что перестал вообще верить, кому бы то ни было. Огромное количество солдат перебывало и на той и на другой стороне. Сражались в войсках Колчака, потом, взятые в плен, служи­ли в рядах Красной Армии, переходили в Добровольческую армию и опять дрались против большевиков, и снова перебегали к больше­викам и дрались против добровольцев. На юге России население пе­режило до 14 режимов, и каждая власть требовала повиновения сво­им порядкам и законам... Люди выжидали, чья возьмет. В этих усло­виях большевики тактически переиграли всех своих противников».

Что можно сказать о таких оценках? Безусловно, явно упро­щенными выглядят рассуждения о простой «удаче», выпавшей на долю красных, или о том, что им удалось «тактически переиг­рать» белых при полной пассивности и безразличии (индиффе­рентности) народных масс. Также, думается, не следует абсолю­тизировать роль красного террора, всячески преуменьшая при этом масштабы террора белого: кровь невинных людей обильно лилась по обе стороны фронта. Ближе к истине те историки, ко­торые обращают внимание на гораздо меньшую, по сравнению с политикой большевиков, популярность политики белых вождей.

Если взглянуть с этой точки зрения на драматические собы­тия, потрясавшие Россию в 1918­–1920 гг., вывод напрашивается сам собой: ключевой внутренней причиной победы большевиков стало то, что они в конечном счете получили поддержку преобла­дающей части населения России ­– мелкого и среднего крестьян­ства, а также трудящихся национальных окраин.

Последних привлекала национальная политика советской власти с ее официально провозглашенным принципом «само­определения наций вплоть до отделения и образования само­стоятельных государств». На этом фоне белый лозунг «единой и неделимой России» воспринимался народами распавшейся Российской империи как сугубо великодержавный и вызывал их активный протест.

Что касается трудового крестьянства России, то оно, высту­пив против большевиков в конце весны и летом 1918­–г., вскоре столкнулось с совершенно неприемлемой для себя аграрной по­литикой белых правительств: все они пытались, как справедливо заметил кадетский лидер и историк П.Н. Милюков, «перере­шить земельный вопрос в интересах помещичьего класса».

Оказавшись на своеобразном историческом перепутье, кре­стьянские массы после колебаний предпочли из двух зол (прод­разверстки и запрещения свободы торговли ­– со стороны со­ветской власти и фактической реставрации помещичьего земле­владения­–со стороны белых) выбрать меньшее.

К этому выбору крестьян, да и остальные слои трудящиеся под­талкивали действия белых вождей не только в аграрной сфере, но и по всем остальным, выражаясь словами А.И. Деникина, «коренным государственным вопросам». Ни в официальных до­кументах, ни тем более на практике они были не в состоянии утаить свои реставраторские цели, скрыть унизительную для на­ционального самосознания зависимость от корыстных иноземных пришельцев. Этим и объяснялась главная причина провала бе­лого движения, которое вызвало противодействие народных масс.

К весне 1919 г., т.е. к моменту решающих событий на фрон­тах гражданской войны, в деревне уже преобладали просоветские настроения, что, однако, не исключало существования там и немалого числа активных противников советской власти ­– участников повстанческого, так называемого «зеленого» движе­ния. Крупнейшим его проявлением было крестьянское движение на Украине под руководством анархиста Нестора Махно.

Чутко уловив назревавший в деревне политический перелом, большевики на своем VIII съезде (март 1919 г.) изменили кре­стьянскую политику: перешли от «нейтрализации» середняка, которая на практике сплошь и рядом выливалась в откровенное насилие, к поиску союза с ним. Замирение с трудовым крестьян­ством давало советской власти ряд стратегических преимуществ. Она смогла:

— развернуть самую многочисленную, крестьянскую в своей преобладающей части армию. Несмотря на массовое дезертир­ство, советские Вооруженные Силы отличались большей стойко­стью и дисциплинированностью по сравнению с белыми армия­ми, где дезертирство рядового состава из рабочих и крестьян было еще масштабнее;

— организовать, опираясь на сеть подпольных большевист­ских комитетов, партизанское движение в тылу противника, что резко ослабляло боеспособность белых армий;

— обеспечить прочность своего собственного тыла. Это до­стигалось за счет не только жестких мер по поддержанию «рево­люционного порядка», но и отсутствия массового сопротивления рабочих и крестьян действиям советской власти.

Внешние факторы победы.

Под влиянием идей и опыта Октяб­ря быстро нарастало революционное движение в капиталистических странах. Вслед за провозглашением в январе 1919 г. Бременской советской республики возникли Баварская, Венгерская и Словацкая советские республики. Весной 1919 г. премьер-министр Великобритании Д.Ллойд Джордж в секретном меморандуме с тревогой признавал: «Народные массы Европы, от края до края, подвергают сомнению весь существующий порядок, все нынешнее политическое, социальное и экономическое устройство».

В стремлении воспользоваться накаленной ситуацией в за­рубежных странах и раздуть «мировой пожар» пролетарской революции большевики учреждают III (Коммунистический) Ин­тернационал. Его I конгресс состоялся в Москве в марте 1919 г. и объединил более тридцати партий и групп коммунистического толка, возник­ших к тому времени в Европе, Азии и Америке.

Коминтерн дал две установки «миро­вому пролетариату»: стратегическую ­– «завоевание политической власти» в сво­их странах, и ближайшую ­– оказание давления на буржуазные правительства, в том числе «революционными средства­ми», чтобы те прекратили интервенцию против Советской России.

Правящим кругам удалось подавить революционные очаги в Западной Европе и тем самым сорвать надежды Москвы на мировую революцию, на захват госу­дарственной власти рабочими развитых стран. Но они были не в состоянии поме­шать косвенной поддержке большевизма. Она выражалась в массовых выступлениях трудящихся зару­бежных стран против интервенции под лозунгом «Руки прочь от Советской России!». Последняя тогда вполне искренне рассматривалась ими как «общая родина социализма», как страна, от­крывшая новую, более справедливую для простых людей эру ми­ровой истории. Международная солидарность с русской револю­цией стала первым важным фактором, подорвавшим единство действий держав Антанты, ослабившим силу их военного нати­ска на большевизм.

Вторым фактором явились глубокие противоречия между самими правящими кругами иностранных государств по «русскому вопросу».

В Финляндии, Латвии, Литве, Эстонии с большой насторожен­ностью относились к одному из основополагающих постулатов белого дела ­– лозунгу «единой и неделимой России». Прави­тельства этих стран, опасаясь победы белогвардейцев и возрож­дения великодержавной царистской политики, не спешили оказы­вать им поддержку. «Они,­– говорил В.И. Ленин,­– не смели прямо отказать: они ­– в зависимости от Антанты... Они выжида­ли, оттягивали, писали ноты, посылали делегации, устраивали комиссии, сидели на конференциях и просидели до тех пор, пока Юденич, Колчак и Деникин оказались раздавленными».

Державы Антанты долго и безуспешно пытались снять это противоречие между белым лагерем и буржуазией Прибалтий­ских республик. Еще меньше они были способны ослабить острейшие разногласия в своих собственных рядах, погасить междоусобицу, разгоравшуюся всякий раз, когда дело доходило до практических попыток установить контроль над рынком и природными богатствами России, определения перспектив ее дальнейшего существования.

Эти и немало других противоречий сталкивали интересы союзных держав, подрывали единство их действий против Советской России.

Надо отдать должное и советской дипломатии: она, в свою очередь, старалась обратить эти противоречия в пользу Москвы и умело разжигала их.

Большевистское правительство многократно предлагало держа­вам Антанты урегулировать отношения на основе признания взаим­ного суверенитета и невмешательства. Не смущаясь холодным отка­зом, оно с демонстративным энтузиазмом встречало любые, даже самые робкие и диктуемые очевидными тактическими соображения­ми инициативы западных столиц в этом направлении. В их числе предложение президента США Т.В. Вильсона всем правитель­ствам России провести в феврале 1919 г. на Принцевых островах в Мраморном море конференцию для достижения «какого-либо со­глашения или перемирия» (январь 1919 г.). Эти инициативы срыва­лись одна за другой отнюдь не по вине Москвы, что справедливо со­здавало ей в международном общественном мнении миротворче­ский образ.

Наталкиваясь на глухую стену отчуждения и внешнеполитической изоляции, возведенную Антантой вокруг России, советская диплома­тия быстро нащупала там уязвимое место ­– нейтральные страны Се­верной Европы. Уже в 1918 г. РСФСР заключила свыше 20 крупных сделок со Швецией, вела обширную торговлю с Данией. Взаимовы­годное сотрудничество с ними развивалось и в дальнейшем, привле­кая завистливое внимание других европейских государств.

В центре дипломатических усилий Москвы неизменно находились молодые буржуазные республики Прибалтики. В конце концов, их удалось вывести из-под прямого влияния Антанты и тем самым про­рвать кольцо внешнеполитической изоляции новой России. В авгу­сте – сентябре 1919 г. большевистское правительство изъявило го­товность признать независимость этих государств, а вскоре подписа­ло с ними мирные договоры: в феврале 1920 г. ­– с Эстонией, в июле 1920 г.­– с Литвой, в августе 1920 г.­– с Латвией, в октябре 1920 г.­– с Финляндией.

В силу отмеченных выше факторов могущественный антантовский блок так и не смог организовать общий поход всех активных антисоветских сил против России, и на каждом отдель­ном этапе выступала только их часть. Эти силы были достаточно весомы, чтобы создавать серьезные, подчас смертельно опасные угрозы для большевистской власти, но оказывались слишком слабы, чтобы довести борьбу до победного конца.


Итоги.

Для России гражданская война и интервенция обернулись величайшей трагедией. Ущерб, нанесенный народному хозяйст­ву, превысил 50 млрд золотых рублей. Промышленное производ­ство сократилось в 1920 г. по сравнению с 1913 г. в семь раз, сельскохозяйственное­–на 38%. Почти вдвое уменьшилась чис­ленность рабочего класса. Часть пролетариев погибла на фронтах, часть осела в различных государственно-бюрократических структурах или вернулась в деревню. Многие из оставшихся воз­ле погашенных заводских котлов (1,5 млн. в 1920 г. и 1 млн. в 1921 г.) переживали состояние, известное как «деклассированно пролетариата»: перебивались случайными занятиями. Рабочих все глубже охватывало разочарование. Их «революционное классовое сознание», к которому не без успеха взывала с 1917 г. компартия, явно притупилось. И это в условиях, когда в деревне в результате аг­рарной революции значительно увеличился слой мелких собст­венников. Крестьянство «осереднячилось», в нем сгладилось рез­кое выделение в сторону кулака (около 3%) и в сторону беспо­севщика­–сельского батрачества и бедноты (около 35%). В боях, а также от голода, болезней, белого и красного терро­ра погибло 8 млн. человек. Около 2 млн. человек ­– почти вся политическая, финансово-промышленная, в меньшей степени научно-художественная элита дореволюционной России ­– были вынуждены эмигрировать. Под воздействием небывалой жестоко­сти братоубийственной войны деформировалось общественное сознание. В нем удивительным образом уживались вера в светлые идеалы и во всемогущество насилия, революционный роман­тизм и пренебрежение человеческой жизнью.

Большевизм победил, сохранив государственность и сувере­нитет России. Однако поддержка, полученная им со стороны не­пролетарских слоев населения и определенной части рабочего класса, носила ограниченный, условный характер (выбор из двух зол меньшего), что предвещало новые великие потрясения.


Список использованной литературы:

1. Волобуев О. В.Россия и мир. ХХ век: Учебное пособие/О. В. Волобуев, В. А. Клоков, М. В. Пономарёв, В. А. Рогожкин. ­– 2-е изд., стереотип. ­– М.: Дрофа; Издательско-образовательный центр «Веди-принт», 2003. ­– 253 с.: ил., карт. + 32 л. цв. вкл.

2. Зуев М. Н.История России с древности до наших дней: Учебное пособие для старшеклассников и поступающих в вузы. ­– М.: Издательский дом «ОНИКС 21 век»,2003. ­– 928 с.

3. Левандовский А. А.Россия в ХХ веке: Учеб. для 10-11 кл. общеобразоват. учреждений/А.А. Левандовский, Ю.А. Щетинов.­– 5-е изд.­– М: Просвещение, 2001.­– 368 с., 16 л. ил., карт.: ил.

4. Новейшая история Отечества. ХХ век: Учеб. для студентов вузов: В 2 т. ­– Т.1/Под ред. А.Ф.Киселева, Э.М.Щагина ­– М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС,1998. ­– 496 с.