Скачать .docx  

Реферат: Эстетика как система категорий, законов, понятий

Оглавление

Введение. 3

Глава 1. Специфика эстетики как системы категорий, законов, понятий 5

1.1. Основополагающие категории эстетики. 5

1.2. Магистральные законы эстетики. 13

1.3. Понятия эстетики: предметное поле явления. 15

Заключение 20

Библиографический список 21


Введение

Тема данной контрольной работы – «Эстетика как система категорий, законов, понятий».

Необходимо, в первую очередь, обозначить ту проблему, которая избрана для исследования в качестве магистральной. Речь идёт о специфике такой научной дисциплины, как эстетика, о своеобразии ее концептуального поля. Таков диапазон исследовательской проблемы, предопределяющий основные направления работы.

Следует сказать также и о том, что актуальность, насущность темы, разрабатываемой в ходе исследования, несомненна. Это связано, прежде всего, со значимостью исследовательской тематики. На сегодняшний день интерес к эстетике все возрастает, что обусловлено стремлением современного человека выйти за чрезвычайно узкие рамки реальности, в которой зачастую отсутствуют духовные составляющие. На смену эпохи меркантилизма должен прийти период возрождения интереса к культуре, к эстетическим формам постижения этой крайне непростой действительности. Отсюда – непреходящая ценность, значимость эстетики.

Цель работы – рассмотрение вопросов, связанных со спецификой эстетики как системы категорий, законов, понятий.

Данная цель предполагает решение целого ряда исследовательских задач:

· сбор, изучение, материала, посвящённого данной теме;

· рассмотрение теоретической базы исследования (обращение к специфике категориального аппарата эстетики, к ее законам, понятийному полю);

· систематизация, анализ изученного материала;

· обобщение рассмотренного материала, подведение итогов работы.

Объект исследования – концептуальное поле эстетики.

Предметом исследования в данном случае выступают основополагающие категории, законы, понятия, сопряженные с предметным полем эстетики.

Методология данного исследования основывается на системном и концептуальном подходе к изучаемой проблеме.

В данном случае системный подход предполагает учёт всех аспектов проблемы в их непосредственной взаимосвязи и целостности, выделение доминант исследования.

Глава 1. Специфика эстетики как системы категорий, законов, понятий

1.1. Основополагающие категории эстетики

В рамках данной работы следует, в первую очередь, рассмотреть вопрос, связанный с системой категорий, характеризующей эстетику.

В.В. Бычков в учебнике «Эстетика» отмечает: «Эстетическое» – наиболее общая категория эстетики; как бы метакатегория, с помощью которой обозначается ее предмет и выражается сущностное родство и системное единство всего семейства эстетических категорий. В качестве категории она оформилась в эстетике только в ХХ в. на основе предиката «эстетический», активно употреблявшегося со времен Канта применительно к особому опыту, особым субъект-объектным отношениям, изящным искусствам, специфическому сознанию и т.п. – ко всей сфере явлений, изучаемых эстетикой».[1] В ХХ в. прилагательное субстантивировалось в среде эстетиков и превратилось в термин для обозначения предмета науки (das Ästhetische – в немецком; the aesthetic – в английском; l'esthétique – во французском – один термин для обозначения эстетики и эстетического, которые различаются достаточно четко по контекстуальному смыслу во франкоязычной эстетике ХХ в.).

Как правило, под эстетическим понимается та сфера субъект-объектных отношений, в которой восприятие объекта или представление о нем сопровождается бескорыстным, незаинтересованным удовольствием. На этом основании далеко не всеми исследователями эстетическое оценивалось однозначно и позитивно. Ряд ученых еще с конца XIX в. отождествляли его с эстетским (как сущностью эстетизма – особого мировоззрения, полагавшего эстетическое, художественный опыт в качестве высшей и единственной ценности), гедонизмом, что придавало ему негативный оттенок. Однако к середине ХХ в. в академической эстетике категория эстетического утвердилась в позитивном смысле и достаточно повсеместно. «Для обозначения предмета эстетики она, как само собой разумеющийся научный термин, активно употреблялась А.Ф. Лосевым, Д. Лукачем, Г. Г. Гадамером, Г. Маркузе, М. Дюфреном, Э.Сурио, А.К. Кумарасвами и многими другими эстетиками. При этом они нередко использовали это понятие как в широком (предмет эстетики), так и в более узких смыслах. Гадамер, в частности, иногда отождествлял его с понятием «эстетическое сознание»; Маркузе видел в эстетическом один из основополагающих способов жизни «свободного общества» будущего», – пишет В.В. Бычков.[2] М. Дюфрен связывал эстетическое, как «a priori» (значимое понятие в эстетике Дюфрена) существующее в природе и в произведении искусства («квази-субъект»), с «эстетическим опытом». Д. Лукач поставил целью своего многотомного исследования «раскрытие своеобразия эстетического», выявление его «объективного характера» и свел, в конечном счете, эстетическое к понятию «эстетическое отражение», которое он объединял с мимесисом, интерпретируемым в духе «теории отражения».

Наиболее емкое определение эстетического ввел известный ученый А.Ф. Лосев: «Эстетическое есть выражение той или иной предметности, данной как самодовлеющая созерцательная ценность и обработанной как сгусток общественно-исторических отношений».[3]

По мнению В.В. Бычкова, одной из причин широкого распространения категории эстетического в науке ХХ в. стала почти полная девальвация категории прекрасного, часто отождествлявшейся в классической эстетике с ее предметом или обозначавшей один из сущностных его аспектов. Господство в художественно-эстетической культуре ХХ столетия авангардно-модернистских и постмодернистских тенденций поставило под вопрос актуальность самой категории прекрасного в эстетике.

Спонтанно утвердившись в науке, категория эстетического остается одной из наиболее дискуссионных проблем эстетики, так как ее содержание – предмет самой науки – также до сих пор остается дискуссионным.

Как известно, с помощью данной категории обозначается особый духовно-материальный опыт человека (эстетический опыт), который сводится к специфической системе неутилитарных взаимоотношений субъекта и объекта, в результате чего субъект получает духовное наслаждение (эстетическое удовольствие, духовную радость, достигает катарсиса, блаженного состояния и т.п.). В.В. Бычков в учебнике «Эстетика» замечает: «Сам опыт имеет или чисто духовный характер – неутилитарное созерцание объекта, имеющего свое бытие, как правило, вне субъекта созерцания, но в некоторых созерцательно-медитативных практиках (обычно относящихся к религиозному опыту) – и внутри субъекта («интериорная эстетика» монахов); или – духовно-материальный».[4] В этом случае речь идет о многообразных практиках неутилитарного выражения – в первую очередь о всей сфере искусства, одной из главных причин исторического возникновения которого и явилась необходимость материальной актуализации (реализации, фиксации, закрепления, визуализации, процессуальной презентации и т.п.) эстетического опыта; но также и о неутилитарных компонентах или, точнее, о неутилитарной ауре, присущей любой творческой деятельности человека во всех сферах жизни.

В случае художественно-эстетического выражения духовное созерцание или предшествует, или, чаще всего в художественной практике, протекает синхронно с творческим процессом созидания эстетического объекта или произведения искусства. Состояние, которое переживается субъектом как «духовное наслаждение», является свидетельством реальности контакта субъекта и объекта эстетического отношения, достижения субъектом одной из высших ступеней духовного состояния, когда дух субъекта с помощью эстетического духовно-материального опыта достаточно полно отрешается от утилитарной сферы и воспаряет в пространства чистой духовности, достигает состояния сущностного слияния с Универсумом и его Первопричиной, о прорыве потока времени и хотя бы мгновенном выходе в вечность, или точнее – об ощущении себя причастным вечности и бытию. Эстетическое, тем самым, означает одну из наиболее доступных людям и широко распространенных в культуре систем приобщения человека к духовному путем оптимальной (то есть творческой) реализации себя в мире материальном. Кроме того, эстетическое свидетельствует о полной сущностной гармонии человека с Универсумом при внешней, преходящей, но хорошо ощущаемой в обыденной жизни конфликтности с ним, о сущностной целостности Универсума (и человека в нем как его органической составляющей) в единстве его духовно-материальных оснований.

В рамках данной работы необходимо сказать и о том, что иные эстетические категории являются, как правило, более конкретными модификациями эстетического. Так, например, категория «возвышенное» непосредственно указывает на контакт человека с несоизмеримыми с ним первоосновами бытия, на потенциальную энергию бытия и жизни, на предпосылки сознания. Еще одна категория, «прекрасное», свидетельствует о целостном восприятии субъектом сущности бытия в его оптимальной конкретно-чувственной выраженности, об адекватности смысла и формы, его выражающей; а такая категория, как «безобразное», указывает на ту непродуктивную сферу бесформенного, которая соответствует распаду формы, угасанию бытия и жизни, нисхождению духовного потенциала в ничто.

В.В. Бычков полагает: «Эстетическое, таким образом, не является ни онтологической, ни гносеологической, ни психологической, ни какой-либо иной категорией, кроме как собственно эстетической, т.е. главной категорией науки эстетики, не сводимой ни к одной из указанных дисциплин, но использующей их опыт и наработки в своих целях. Положенное вроде бы в основание данного определения понятие духовного наслаждения, т.е. чисто психологическая характеристика, не является сущностной основой эстетического, но лишь главным показателем, сигналом, знаком того, что эстетическое отношение, эстетический контакт, эстетическое событие имели место, состоялись».[5]

Как уже отмечалось выше, одной из главных модификаций эстетического в классической эстетике, на протяжении многих столетий составлявшей предмет эксплицитной эстетики, является категория прекрасного. Она наиболее полно характеризует традиционные эстетические ценности, выражает одну из основных и наиболее распространенных форм неутилитарных субъект-объектных отношений, вызывающих в субъекте эстетическое наслаждение и комплекс вербально-смысловых образований в семантических полях совершенства, оптимального духовно-материального бытия, гармонии идеальной и материальной сфер, идеала и идеализации и т.п.

Категорией «возвышенное» обозначается одна из относительно редких модификаций эстетического; одна из главных и наименее поддающихся дискурсивному описанию категорий эстетики, характеризующая комплекс неутилитарных взаимоотношений субъекта и объекта, как правило, созерцательного характера, в результате которых субъект испытывает сложное чувство восхищения, восторга, ликования, благоговения и, одновременно, страха, ужаса, священного трепета перед объектом, превосходящим все возможности его восприятия и понимания. По мнению В.В. Бычкова, при этом субъект переживает свою глубинную онтологическую и энергетическую сопричастность или самому «высокому» объекту, свое родство с ним, или трансцендентному архетипу, духовным силам, стоящим за ним, и одновременно ощущает отсутствие угрозы реальной опасности для себя, то есть свою внутреннюю свободу и духовное равноправие в системе взаимодействия несоизмеримых величин, где он предстает бесконечно малой величиной.

В рамках данной работы необходимо отметить тот факт, что еще одна эстетическая категория – «безобразное» – возникла в эстетике как оппозиционная категории прекрасного. В.В. Бычков убежден в следующем: «Ею обозначают ту область неутилитарных субъект-объектных отношений, которая связана с антиценностью, с негативными эмоциями, чувством неудовольствия, отвращения и т.п. В отличие от главных категорий эстетики эстетического, прекрасного, возвышенного, трагического, комического она имеет сложный опосредованный характер, ибо определяется обычно только в отношении к другим категориям как их диалектическое отрицание или как интегральная антиномическая составляющая (прекрасного, возвышенного, комического)».[6]

Одной из традиционно относимых к эстетике категорий является трагическое. «Однако сразу необходимо отметить, что в отношении этой категории существует принципиальная путаница. Достаточно часто, рассуждая об этой категории, говорят в одной плоскости о трагическом в искусстве и в жизни. Между тем к эстетике имеет отношение только и исключительно трагическое в искусстве, с наибольшей полнотой реализованное в конкретном жанре драматического искусства – трагедии», – говорится в учебнике «Эстетика».[7] Трагическое как эстетическая категория относится только к искусству, в отличие от других эстетических категорий – прекрасного, возвышенного, комического, имеющих свой предмет и в искусстве, и в жизни.

Сущность феномена трагического эстетического заключается в изображении неожиданно возникших страданий и гибели героя, свершившихся не по причине несчастного случая, но как неизбежное следствие его (как правило, вначале неосознаваемых) проступков или вины, обычно предопределенных судьбой, роком, «безысходной эмпирией» (у экзистенциалистов) – некой независимой от человека внешней могучей силой.

«Комическое» – категория классической эстетики, хотя и ставится традиционно в пару к категории трагического, в принципе не является ни антиподом ее, ни какой-либо модификацией. Роднит их только то, что исторически они ведут свое происхождение от двух древних жанров драматического искусства: трагедии и комедии. Однако, если трагическое как эстетическая категория имеет место только в связи с искусством и именно – с трагедией в основном и по преимуществу, то комическое – более широкая и более древняя категория; точнее, это относится к эстетическому феномену, описываемому этой категорией. В наиболее концентрированном виде феномены комического тоже проявляются в искусстве (как собственно и феномены, описываемые практически всеми основными категориями эстетики), однако и комическое в жизни имеет прямое и непосредственное отношение к предмету нашей науки.

«Феномен комического – один из древнейших в истории культуры. Он предполагает возбуждение смеховой реакции человека, смеха, однако не сводится только к нему. При этом речь идет об особом смехе, – не о чисто физиологической реакции на раздражение специальных нервных центров (как при щекотке или нервическом смехе), но о смехе, вызванном интеллектуально-смысловой игрой. Шутки, остроты, высмеивание человеческих недостатков, нелепых ситуаций, безобидные обманы издревле сопровождали жизнь человека, облегчая ее тяготы и невзгоды, помогая снимать психические стрессы», – говорится в учебнике В.В. Бычкова.[8]

Исследователи относят к числу эстетических категорий и «иронию». Ирония (от греч. eironeia – притворство) в большей мере вписывается в смысловое поле комического, хотя тоже полностью не совпадает с ним, а в ХХ в. столь существенно расширила свое действие за пределы комического, что вышла на уровень самостоятельной и значимой категории. В эстетику ирония пришла из античной риторики, где занимала место среди главных фигур красноречия, и реализовалась в основном в словесных искусствах и вообще в вербальных текстах, хотя в ХХ в. духом иронии пронизана практически вся духовная культура, особенно постмодернистской ориентации.

В течение всего столетия искусство, художественные и мыслительные практики с самым серьезным видом разворачивались в ироническом модусе, создавая некое бескрайнее ироническое поле, в котором уживаются бесчисленные (и часто существенные) противоречия и напряжения между всей традиционной культурой, как бы иронически отрицаемой техногенной цивилизацией, и самыми крайними эпатажными новациями, как бы иронически утверждаемыми в качестве новейших ценностей. Позиция, которая, пожалуй, является оптимальной для столь глобального переходного периода в культуре, который начался в ХХ в. и завершение которого пока не предвидится.

Следует сказать и о том, что значимой эстетической категорией, имеющей непосредственное отношение к сущности эстетического, эстетического опыта, его предельной реализацией является понятие катарсиса (греч. katharsis – очищение). «Так в эстетике обозначается высший, или оптимальный, духовно-эмоциональный результат эстетического отношения, эстетического восприятия в целом, эстетического воздействия искусства на человека. Термин в его эстетическом значении возник еще в античной культуре», – пишет В.В. Бычков.[9]

Внутреннее потрясение, просветление и духовное наслаждение, которые характеризуют состояние катарсиса и во многом близки к состояниям мистического катарсиса и экстаза как этапов на путях мистического опыта, свидетельствуют о более глубоком духовном опыте, чем психофизиологические процессы в человеке, высокие эмоциональные состояния или интенции к социально-нравственному совершенствованию. Наряду со всеми этими сопутствующими моментами в катарсисе выражается самая суть эстетического опыта, как одного из путей приобщения человека к Духовному универсуму.

Таковы основные категории эстетики.

1.2. Магистральные законы эстетики

Необходимо также обратиться к рассмотрению магистральных законов эстетики. Эстетика нормативна, поскольку она обобщает законы самого искусства. Ее выводы имеют силу объективных законов. Однако законы искусства не абсолютны – они исторически изменчивы.

Основоположник балетного театра как самостоятельного вида искусства Ж. Ж. Новерр подчеркивал: «Правила хороши до некоего предела... Надобно уметь следовать им, но уметь также отказываться от них и вновь к ним возвращаться... Горе холодным художникам, цепляющимся за узкие правила своего искусства».[10]

Ю.Б. Бореев приводит следующий пример. Когда Бетховен ввел в симфонию хор, его сочли безумцем. Великий художник раздвигает устоявшиеся рамки творчества. Но он не может отменить законы, в которых сосредоточен весь предшествующий художественный опыт человечества. Он лишь вносит в них продиктованные новой действительностью, новым опытом коррективы или формирует (открывает) новые законы.

Современная историческая эстетика осмысляет искусство и его особенности в их движении.

Тем самым, законы эстетики тесно переплетены с законами искусства, законами художественного творчества:

- основу искусства как особой человеческой деятельности составляет мимесис — специфическое и разнообразное подражание;

- cущность миметического искусства в целом составляет изоморфное (сохраняющее определенное подобие форм) отображение, или выражение с помощью образов;

- дух реципиента к духовной реальности возводит художественный символ (о символах, их значении размышлял выдающийся исследователь А.Ф. Лосев);

- для ряда эпох и направлений в искусстве, где преобладающим был художественный символ, а не образ, видную роль в процессе творчества играло каноническое художественное мышление, нормативизация творчества, канонизация системы изобразительно-выразительных средств и принципов;

- закон соотношения формы и содержания;

Метазаконы эстетической деятельности характеризуют сущность процесса эстетического освоения мира и сводятся к следующему: эстетические свойства действительности возникают благодаря тому, что в процессе деятельности человек включает явления мира в сферу своей практики и ставит их в определенное ценностное отношение к человечеству, при этом выявляется степень их освоенности, исторически обусловленная степень владения ими человеком и мера его свободы. Эстетическая деятельность:

- осуществляется в соответствии с внутренней мерой осваиваемого предмета и идеалами человека;

- стремится к созданию непреходящей общечеловеческой ценности;

- имеет антиотчуждающий социальный эффект, поскольку результат творчества есть сфера свободы творца и потребителя эстетического продукта.

Высшая форма эстетического освоения – искусство, где действуют помимо метазаконов и специфические законы. К ним относятся законы художественного творчества, социального бытия искусства, художественного восприятия и художественного процесса. Законы художественного творчества раскрывают существенные и необходимые связи творческой «генетики», «антропологии» и гносеологии искусства. Процесс творчества характеризуется следующим образом:

- он осуществляется художественно одаренной личностью или коллективом,

- он протекает на основе определенного художественного метода,

- процесс творчества протекает в форме образного мышления,

- в процессе творчества создается неповторимо оригинальный художественный мир,

- он отражает реальность и воплощающий личность автора.

Законы социального бытия искусства раскрывают существенные и необходимые морфологические, семиотические и коммуникативные связи онтологии и социологии искусства.

Таковы основные законы искусства, сопряженные с концептуальным полем эстетики.

1.3. Понятия эстетики: предметное поле явления

Необходимо подойти и к предметному полю эстетики, соотнесенному с понятийным аппаратом.

Ю.Б. Бореев отмечает: «В систему эстетики входят не только эстетические категории, но и понятия, не имеющие столь широкого значения, как категории. Понятия отражают стороны эстетических категорий (грациозное, например, одно из проявлений прекрасного) или характеризуют негенеральные для данной эпохи эстетические свойства жизни и искусства».[11]

Понятия эстетики используются для характеристики категорий. Так, например, В.В. Бычков отмечает: «В процессе описания категории эстетического мы использовали понятия эстетический опыт, эстетическое сознание, эстетическая культура <…>».[12]

Эстетический опыт – это совокупность неутилитарных интуитивно-действенных отношений субъекта к реальности, имеющих созерцательный, игровой, выражающий, изображающий, декорирующий характер. При этом имеется в виду как опыт отдельной личности, так и опыт, характерный для конкретных социальных образований определенных этапов культуры, сопровождающийся или завершающийся в конечном счете духовным наслаждением субъекта; или – позитивной аксиологической реакцией субъекта на основе чувства удовольствия. Эстетический опыт помогает человеку обрести свое место в Универсуме, ощутить себя органической частью Природы, не сливающейся с ней, но обладаю щей своей личностной самобытностью в общей структуре бытия.

Феноменологический аспект эстетического опыта основательно исследовал французский эстетик М. Дюфрен в своем двухтомном труде «Феноменология эстетического опыта» (1953); он относил эстетический опыт исключительно к искусству, художественному освоению действительности и видел в нем «начало всех путей, которыми проходит человечество». Он был убежден, что только эстетический опыт делает человека настоящим человеком, порождая из себя познавательные и нравственные отношения, гармонизируя в человеке все противоположные интенции и примиряя его с внешним миром, выявляя сущностные основания бытия на каком-то глубинном, не поддающемся вербализации уровне.

Эстетическое сознание характеризует духовную составляющую эстетического опыта. Им обозначается совокупность рефлективной вербальной информации, относящейся к сфере эстетики и эстетической сущности искусства, плюс поле духовно-внесознательных, как правило, невербализуемых или трудно вербализуемых процессов, составляющих сущность эстетического опыта (человека или определенной социокультурной общности), эстетического отношения, эстетического события. Эстетическое сознание является необходимым компонентом человеческого сознания, человека как homo sapiens. Однако в силу крайне сложной его структуры и выполняемых функций оно долгое время не выходило на уровень философской рефлексии.

Эстетический опыт был с древности присущ человеку и находил выражение в зачаточных формах древнего искусства, украшениях тела, предметов обихода, оружия, в культовых обрядах, плясках, ритмической организации труда и т.п. На более поздних этапах культуры – в древних цивилизациях Востока и в античной Европе начинается осмысление отдельных компонентов эстетического опыта и соответственно эстетического сознания, появляется специальная терминология для их обозначения (прежде всего термины красота, прекрасное, гармония, порядок, возвышенное и др.), которая в дальнейшем составила основу категориального аппарата науки эстетики. Однако вербально-рефлективный уровень эстетического сознания до сих пор остается недостаточно развитым для адекватного выражения и описания его сущности – тех глубинных духовных процессов, которые собственно и составляют его основу, приводят эстетический субъект в состояние духовного наслаждения, к катарсису, но не поддаются достаточно точной вербализации и формализации.

В.В. Бычков уточняет: «Под эстетической культурой понимается совокупность феноменов, институтов, практик, поведения, мироощущения, текстов, так или иначе относящихся к актуализации, реализации, фиксации эстетического опыта человечества определенного этапа культурно-исторического бытия или отдельного человека».[13] Наиболее полное воплощение эстетическая культура получает в художественной культуре (совокупности всех искусств) своего времени, тем не менее, ее аура охватывает практически все основные сферы жизни и особенно творческой деятельности человека. Поэтому историческая классификация эстетической культуры фактически совпадает с классификацией истории искусства, но охватывает более широкий круг явлений культуры и практического опыта человека, чем искусствоведение. Эстетическая культура является одним из главных объектов науки эстетики.

Современная наука употребляет и понятие «художественно-эстетическая культура». В этом случае речь идет не обо всей эстетической культуре и не о всех явлениях искусства того или иного этапа культуры, но только об эстетически значимом ядре (или поле) художественной культуры, т.е. только о совокупности собственно художественных феноменов искусства, в то время как понятие «художественная культура» традиционно охватывает все поле искусств, включая и их внехудожественные, внеэстетические компоненты.

Ю.Б. Бореев пишет: «Эстетические понятия в ходе художественного развития человечества нередко перерастают в категории. Когда какое-либо эстетическое свойство в ведущих художественных явлениях эпохи выступает на первый план, эстетика выделяет его в особую эстетическую категорию».[14]

Как известно, искусству Средних веков с его аскетизмом была чужда прелестность. В искусстве же Возрождения стремление к удовлетворению изысканных эстетических потребностей породило поиски «не столько красоты, сколько прелести». Прелестное начинает обретать категориальное значение в связи с интересом искусства к обнаженной натуре, лишенной к тому же холодной бесстрастности прошлого; сквозь призму прелестного воспринимаются пейзаж и бытовые вещи. Прелестное использовалось искусством Возрождения как аргумент против средневекового аскетизма. Прелестное – чувственно-привлекательное, чувственно-красивое – выделяется из прекрасного не как его оттенок, а как самостоятельная эстетическая категория. Чем более красота освобождается от физического элемента и проникается духовным, тем она возвышеннее; наоборот, чем более преобладает в ней чувственный принцип, тем она прелестнее. Рескин, Липпс, Сурио выделяют прелестное как самостоятельное эстетическое свойство, для осмысления которого необходима особая эстетическая категория.

Еще одно понятие – чудесное (как свойство трагедии) ввел в научный обиход Аристотель. Позже Тассо считал, что чудесное – главное понятие (тем самым категория) важнейшего жанра искусства – поэтической эпопеи. По Дидро, чудесное должно стать основным предметом искусства, стремящегося ныне к философичности и обобщению жизни; чудесные обстоятельства важны для раскрытия прекрасного.

Без чудесного, например, невозможно осознать эстетику народной сказки. Оно важно и для осмысления поэтики произведений Гофмана, и для раскрытия своеобразия гоголевского «Носа», и для анализа романов Ф.М. Достоевского.

Таково предметное поле понятийного аппарата эстетики.

Заключение

Итак, на основании проведённой исследовательской работы можно сделать целый ряд выводов.

Во-первых, следует отметить тот факт, что собранный, изученный и систематизированный материал позволил сформировать теоретическую основу работы, сопряжённую со спецификой эстетики как системы категорий, законов, понятий. Во-вторых, необходимо сказать о том, что на настоящем этапе интерес к данной теме не угасает, поскольку вопросы, связанные со сферой духовной жизни людей, можно по праву отнести к числу актуальных и насущных.

Кроме того, результаты данной работы свидетельствуют о том, что на протяжении истории развития человеческой цивилизации формировался категориальный, понятийный аппараты эстетики, формулировались ее законы. Все это было обусловлено самыми разнообразными факторами, в том числе историческими, культурными, антропологическими, психологическими и рядом других.

Следует сказать и том, что эстетика представляет собой систему категорий, законов, понятий, исследование которых и раскрывает ее содержание.

На сегодняшний день процесс изучения спецификой эстетики как системы категорий, законов, понятий позволяет приблизиться к освоению содержания эстетики как научной дисциплины.

Следует отметить и то, что обозначенная тема выступает в качестве теоретического основания для различного рода прикладных исследований и является весьма перспективной в рамках её дальнейшего развития.

Тем самым, обращение к концептуальному ядру эстетики может стать первотолчком для развития личностного потенциала.

Библиографический список

1. Борев Ю.Б. Эстетика: Учебник / Ю.Б. Борев – М.: Высш. шк., 2002. – 511 с.

2. Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – 556 с.

3. Кривцун О.А. Эстетика: Учебник. – М.: Аспект Пресс, 2001. – 452 с.

4. Куренкова Р.А. Эстетика: Учеб. для студ. высш. учеб. заведений. – М.: Изд-во ВЛАДОС-ПРЕСС, 2003. – 368 с.


[1] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 155

[2] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 156

[3] Цит. по книге: Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 156

[4] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 157

[5] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 158-159

[6] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 207

[7] Там же. – С. 223

[8] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 230

[9] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 169

[10] Цит. по книге: Борев Ю.Б. Эстетика: Учебник / Ю.Б. Борев – М.: Высш. шк., 2002. – С. 15

[11] Борев Ю.Б. Эстетика: Учебник / Ю.Б. Борев – М.: Высш. шк., 2002. – С. 102

[12] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 167

[13] Бычков В.В. Эстетика: Учебник. – М.: Гардарики, 2004. – С. 168

[14] Борев Ю.Б. Эстетика: Учебник / Ю.Б. Борев – М.: Высш. шк., 2002. – С. 102